''Начну с него. Если мою лицензию обнаружил он, то его поведение должно будет как-то измениться. Он чем-то да выдаст себя. А потом, когда лицензия вернётся ко мне, я занесу его в свой список и убью''.

От этой мысли Фаусту стало гораздо легче и оставшийся путь домой он преодолел в весьма бодром настроении. Дома он набрал по гологрофону номер Натана и соединился с ним. Его трёхмерное изображение проявилось в комнате Фауста.

— Привет, Натан! Как дела?

— Угу — вместо приветствия ответил Натан. Как сам?

— Замечательно. В выходные будет идти научный фильм по Средневековой истории. Не хочешь сходить? Билеты за мой счёт.

Подозреваемые

Кинотеатр ''Колизей'' вмещал около полутора тысяч человек. Это был самый большой зал проекционных фильмов в округе. Огромное круглое здание ловило на себе взгляды прохожих. Оно не совсем вписывалось в современную архитектуру, поэтому невольно и привлекало внимание.

Натан с Фаустом сидели в зрительном зале и смотрели фильм по истории. Вокруг них сражались рыцари, высились башни осаждаемых крепостей, горели костры инквизиции. Натану фильм очень нравился и он не отрывал восхищённого взгляда от проекции. Фаусту было не до фильма. Он думал.

''У этого недотёпы нет лицензии. Он никак не изменился с последней нашей встречи. Я как будто ненароком показал ему платок с вышитым именем, но он даже и глазом не моргнул. Он любит людей, восторгается их былыми подвигами, грезит о Средневековье. Он разделяет мою ненависть к роботам, но не более того. По лицензии робота убить нельзя, да и бессмысленно. Натаниэля Ноела можно вычеркнуть из списка подозреваемых. И всё же. Не мешает проверить его более тщательно. Почему бы не взять быка за рога и не спросить в лоб о лицензии?''

— Натан, как тебе фильм? — спросил Фауст после того, как они вышли из кинотеатра.

— Замечательный. Спасибо.

Натан был пухлым и невысоким парнем. Носил дурацкие очки и непременно что-то жевал. Был в восторге от всего раритетного и старого. Он бы с радостью выменял вам самую новую модель робота на клочок допотопной газеты или на старинную монету. Его любовь к истории была заслугой дедушки, который всю жизнь был смотрителем музея и часто брал Натана с собой на работу.

— Натан, а что бы ты сделал, если бы у тебя появилась лицензия на убийство?

Натан как-то странно посмотрел на Фауста, а потом, улыбнувшись, ответил:

— Зачем она мне? Что мне с ней делать? Если бы с её помощью можно было уничтожить всех роботов, то это другое дело. Я бы от неё не отказался.

Ребята невольно бросили взгляд на проходившего мимо них робота, который следил за чистотой улиц. Он был почти не отличим от людей внешне. Что-то типа андроида. Не самая последняя модель, но всё же пугающе реалистичная. Впрочем, современники уже привыкли к ним и не видели в них ничего необычного.

— Натан, неужели у тебя не возникало желания кого-нибудь убить? По-моему каждый человек хоть раз в жизни испытывает его.

— Очень редко, да и то когда я бываю в паршивом настроении. А почему ты спрашиваешь?

— Да просто так. Просто интересно твоё мнение на этот счёт.

— Насколько я тебя знаю, Фауст, ты ничего не делаешь просто так. Признайся, ты получил лицензию и хочешь убить кого-то, но совесть, этот архаизм, мучает тебя?

— Что ты несёшь, Натан? Какая к чёрту совесть? Я бы всё человечество отправил на эшафот не моргнув глазом. Они же все кругом полные придурки. За исключением некоторых — поправился Фауст.

— Глупость неотступно следует за человеком и руководит им во всех его начинаниях.

— Это из книги?

— Да, какой-то автор эпохи Ренессанса. Запамятовал его имя.

Садилось солнце, но было ещё очень тепло. Фауст простился с Натаном и поплёлся к себе домой.

''У кого же сейчас моя лицензия?''

Фауст уже убедился, что у Натана её нет. Он не исключал и возможность того, что лицензия ещё никем не была найдена и лежит где-то на улице, засыпанная кучей мусором.

''Может всё-таки попросить денег у отца?''

Фауст живо представил, как отец начнёт читать ему мораль о необходимости поиска чёртовой работы. Трудно жить в семье, если твои родители трудоголики, а ты сам лентяй.

''Нет, ничего я просить не буду. Только в самом крайнем случае. Попробую поискать эту лицензию. На терпение я никогда не жаловался''.

У Фауста действительное было ангельское (а может дьявольское) терпение. Выдержка и усидчивость во многом способствовали его блестящим успехам в учёбе. Он мог часами не выходить из своей комнаты, когда занимался или читал книги. Спал он мало, но на его организме это нисколько не сказывалось. Возможно в результате длительной привычки недосыпать.