Он мог бы и не спрашивать, потому как знал итак. Фриц приводил к нему новых рекрутов с завидным постоянством. Только мальчишкам, нужно внимание. Каждый новенький должен думать, что он один такой. Сын не говорил им о том, что оказывает подобные услуги пачками. Каждый из них считал себя индивидуальностью, единственным близким другом Фрица.

В этом сын, был очень похож на отца. А отец на фюрера.

– Отец, разреши представить тебе, моего хорошего друга, – сказал способный ученик фразу, которую произносил уже десятки раз, – Ганс!

Рихард изобразил на лице безграничную заинтересованность и вышел из-за стола, чтобы пожать руку этому прекрасному человеку. Этому Гансу!

– Здравствуй, Ганс! Очень рад знакомству, – сказал он, будто Ганс, был звездой оперного театра.

– Здравья желаю, господин штурмбанфюрер! Для меня огромная честь… – захлёбываясь слюной, расшаркался Ганс, но Рихард его перебил.

– Что ты, друг мой, право не стоит! Напротив, это честь для меня, оказать помощь молодому человеку в его славном намерении. Ты ведь хочешь послужить фюреру? – перешёл он ближе к делу.

– Да, господин! Конечно! Мне нужна работа и… место, где жить, господин штурмбанфюрер!

– Вот как? – изобразил удивление Рихард, – а что же твои родители?

– Моя мать, герр начальник, она мешает мне служить делу партии! Она, она… вредитель!

– Да что ты!? – возмутился Рихард, – как же так! Вот дела! И ты готов подать официальное заявление на свою матушку?

Ганс замешкался.

– Понимаю, – по-отечески добро, сказал Рихард, – не будем торопить события. У тебя будет ещё время, обдумать это трудное решение.

Конец ознакомительного фрагмента.