После прочтения этой книги у вас появятся знания и вдохновение, чтобы отмечать саббат с удовольствием. Почитая Колесо года, мы восстанавливаем связь с природой и ее бесконечными циклами, оказываясь способными плыть в жизненном потоке и наслаждаться этим путешествием.

В Самайн Колесо года завершает свой оборот. Урожай собран, умирающий бог погребен, а Богиня спускается в подземный мир, чтобы быть вместе со своим возлюбленным. Люди начинают ощущать, что граница между миром живых и миром умерших становится тонкой, духи предков навещают нас, и, спрятав подальше орудия земледелия, мы погружаемся в период размышлений, экономии ресурсов, прощания и новых планов. Земля становится бесплодной, и над ней воцаряется власть богини-Старухи.

В некоторых климатических зонах октябрь – это печальная и прекрасная пора. Листья опадают, покрывая землю кроваво-красным ковром и оставляя деревья голыми. Зеленая трава становится бурой, а по утрам ее скрывает иней. Холодает, и мы все чаще остаемся дома, собираясь вместе; теперь у нас чуть больше времени на то, чтобы вспомнить тех, кого уже нет рядом. Среди язычников принято считать, что между физическим и миром духов есть своего рода вуаль, которая в период поздней осени истончается. Сущности могут проникнуть сквозь нее. Среди них – духи, феи, а также те, кто ушел и с кем так хочется встретиться вновь. Вот почему Самайн считается временем, наиболее подходящим для магии и предсказаний.

Хеллоуин соответствует Самайну. Поэтому многие язычники считают Хеллоуин частью общего празднования. Это время переодеваний, застолий и превращений, и традиция двух праздников имеет единые корни. Самайн – праздник серьезный и нежный, когда принято звать в гости любимую бабушку, а вот Хеллоуин раскрепощает нашего внутреннего дикаря. Множество язычников почитают оба варианта празднования как дихотомию различных природных процессов. Оба праздника – и тот, что полон уважения, и другой, буйный, – отмечаются 31 октября.

Само слово «Самайн» имеет гэльские корни и обычно произносится как СОУ-ин. Самый популярный перевод – «конец лета». В начале ХХ века некоторые ученые утверждали, что название праздника происходит от «samhtheine», что означает нечто вроде «мирный огонь» (MacLean). Современные последователи кельтов и друидов используют несколько названий для этого дня, в зависимости от того, к какой ветви кельтской культуры они себя причисляют. Уэлльский вариант звучит как «Calan Gaeaf» либо «Nos Calan Gaeaf». На мэнском языке – «Oie Houney» или «Hop-tu-naa». Традиции уэлльских, шотландских и ирландских народов предполагают заботу о жилище и поддержании семейного очага в течение всего зимнего периода. Носители мэнского языка считали, и до сих пор считают, что «Oie Houney» знаменует приход Нового года. Все эти праздники иные, нежели Самайн, но, возможно, в этот период все границы настолько условны, что это же касается и культур и практик. Современные популяризаторы язычества преобразуют все эти исторические традиции в собственные уникальные праздники.

У древних кельтов Самайн считался важнейшим из четырех праздников огня. Расположенный между равноденствием и солнцестоянием, он относится к переходным праздникам. Каждый год в октябре, с первыми морозами на полнолуние, семьи собирались дома у горящего очага. К этому времени они завершали сбор урожая и возвращали животных с пастбищ.

Когда очаг догорал, люди, вместе с членами своей общины, собирались вокруг жреца-друида, и тот снова разжигал священный огонь. Инструментами розжига служили веретено и колесо: вращаясь, подобно солнцу, с востока на запад, они высекали искры.

Наступало время для чтения молитв, заклинаний и жертвоприношений. Появлялся Кром Круах, символизировавший солнце. Ученые до сих пор не могут установить, был ли Кром Круах языческим богом или это был каменный столб, представляющий определенный аспект природы.

На окраинах деревень люди оставляли подношения для духов и народа фей. Они также приносили в жертву черную овцу, черную свинью или крупный рогатый скот. В конце ритуала каждый возвращался домой с частичкой священного огня, чтобы разжечь домашний очаг, кроме того, разводились костры или устанавливались факелы по краям полей. Использование священного огня иным образом было грехом.

Древние кельты считали Самайн окончанием сбора урожая и направляли всю свою энергию на подготовку к наступающей зиме. Это также знаменовало период, когда их предки приходили в гости, проникая сквозь истончившуюся пограничную вуаль, через которую из мира мертвых в ночь Самайна могли пройти любые сущности – и добрые, и злые. Поскольку эти духи подчас бывали враждебными, кельты переодевались в животных или каких-нибудь страшных существ, чтобы не навлечь на себя гнев духов и ведьм и избежать участи быть похищенными феями.

С распространением в Европе христианства официальная Церковь раскинула свое влияние и на языческие праздники, преобразовывая их в христианские. Иногда церковники меняли дату, перенося торжество на другое время года. Иногда языческий праздник просто переименовывался, и ему присваивалось имя того или иного святого. В V веке папа Бонифаций попытался трансформировать праздник почитания потусторонних духов и мертвых, объявив его днем поминовения христианских святых и мучеников и установив новую дату – 13 мая.