Мы выехали в открытые ворота, которые по случаю сегодняшнего праздника не закрывали для удобства гостей, и сначала медленно покатили, выезжая на трассу. А потом… Потом Макс дал своему зверю волю. Мы все набирали скорость. Ветер свистел громче и громче. Мимо мелькали фонари, дома и другие машины. А под своими руками я чувствовала стук сердца, которое билось с моим в унисон. Счастье и блаженство растекалось по венам, даря чувство свободы, но размыкать руки я не спешила, а наоборот, прижалась головой к спине моего водителя. Хотелось быстрее, сильнее, мощнее, но я чувствовала, что он острожничает и не набирает той скорости, к которой привык. И я расслабилась и получала удовольствие. От езды, от мелькавшего ночного города и от уверенно державших руль рук.

Через какое-то время, которого мне показалось мало, мотоцикл начал замедляться. Мы въезжали на главную улицу нашего города, которая была пешеходной. Почти… После маневрирования между многочисленных прохожий, байк окончательно остановился у двухэтажного кафе, которое полностью было увешано гирляндами теплого цвета.

— Ну вот и все! — с шальной улыбкой обернулся ко мне Максим.

Я слезла и попыталась устроять на дрожащих ногах, при этом нащупивая застёжку шлема. Сосед вздохнул, видя мои старания. Он все так же не слез с мотоцикла, притянул меня за куртку ближе к себе и умелыми движениями снял с меня шлем. Я начала расстёгивать и куртку, но он остановил меня.

— Оставь. На улице холодно.

— А как же ты? — вообще-то это следовало спросить до поездки, но лучше поздно, чем никогда.

— А мне и так жарко. — он сначала отмахнулся, но потом перекинул ногу через байк, присел на него уже боком и устроив меня между своих ног, шепнул на ухо. — Но, если ты меня хочешь согреть…

— Та харош! Сколько можно?!!! — я возмутилась и хотела стукнуть его снова, но мою руку перехватили.

— Пока не согласишься… — тихо и серьёзно сказал Максим.

— А ты всех своих "девушек" так упрашивал? — я не могла не подколоть. Перспектива быть очередной "однодневкой" или, скорее, "одноночкой" меня не прельщала, поэтому я хотела сразу сказать, чтобы даже не надеялся на такой расклад. Пусть я и таю от него, чего скрывать, но здравый ум у меня есть. И он категорически против!

— Хм… не приходилось как-то…

И я снова его стукнула. В который раз за вечер. И ударила бы ещё раз, но на телефон пришло сообщение.

"Хватит обжиматься там! Мы вас видим! Поднимайтесь на второй этаж, идите к диванчикам. И, Анют… тебе, оказывается, тоже есть, что мне рассказать?"

*Максим*

Моя спутница, прочитав что-то у себя в телефоне, молча выпуталась из моих рук и направилась в кафе. Я ухмыльнулся и направился следом, решив дать немного остыть этому дымящемуся вулкану. Когда она начала подниматься по лестнице, а я следом, понял, что не прогадал. С такого ракурса открылся такой вид! На ее леггинсы! А она ещё торопилась, быстренько перебирала ножками по ступенькам и от этого ее нижние девяносто… Ууух… Сегодня мои руки так и тянутся к ней. То приобнять, то закинуть на плечо, но чаще всего — держать ее кулачки, когда она злится на мои подколы. Что поделать? Сегодня у меня хорошее настроение. Проблемы, которые долгое время занимали мозг, начали понемногу рассасываться. Машу забрал Саша. Илья идёт на поправку. На работе… Ну на работе завал, да. Но уже не так критично. И теперь у меня появилось время и… хм… желание для чего-то ещё.

И с каждой ступенькой это желание усиливается. Может схватить эту строптивую козочку и отвезти к себе? Только не в съёмную комнату, а к СЕБЕ?

Но вот мы поднялись на второй этаж, Аня сразу повернула в угол с диванами и тут же ее подхватил какой-то… парень и начал тискать. Как она отреагировала, я не видел, но этот парень так лыбился ей, что у меня появилось уже другое желание. Стереть с его лица эту улыбочку! Что это за хрен вообще?!!

Я уже хотел выяснить, но тут и на мою шею кто-то обрушился.

— Привет, раздолбай!!! — повисла на мне Мика — Мы уже устали вас ждать.

— Привет. Не думаю, что вы очень грустили вдвоем. — я привычно пошутил над малыхой, обнял ее в ответ, но не переставал через ее плечо поглядывать на интересующую меня парочку.

Наконец они отлипли друг от друга и парень повернулся ко мне.

— Привет, я — Дима! — он протянул мне руку и уже Ане сказал, указывая на Мику, которая мигом оказалась под его боком. — А это — то сокровище, которое я от всех скрывал!

— Мика! — представилось она.

— Аня! — и они пожали руки.

— Может присядем? — сказал я, видя, что нас уже напоминают обходить другие посетители. Мы ведь остановились в проходе и начали эти обнимашки и прочее.

— Да-да. — все спохватились, Мика, держа за руку своего парня, пошла в сторону занятого ими столика, а мы за ней.

Когда друзья заняли свой угол на диване, я легонько подтолкнул Аню, чтобы она села первой. Она не заметила подвоха и беззаботно опустила свою попу на бархатную подушку и только, когда сел я, поняла, что зажата между столом, Микой и мной.