Я выразительно посмотрела на нее.

— Ой! Макс, я не хотела тебе говорить. Но это я попросила ее приехать. — ответила Настя вместо меня.

— Зачем? И сумка… Что в ней? — не сдавался он.

Я видела, что Анастасия снова хочет что-то сказать, но мне надоело молчать. Раздражение все ещё бурлило в крови и мне хотелось побыстрее закончить с этими разбирательствами. На прошлой неделе хватило. А с таким объяснениями его подруги мы тут застрянем надолго.

— В сумке твои вещи. Да, я рылась в твоей комнате. Нет, ничего лишнего не взяла, только по делу. Привезла их по просьбе твоей одноклассницы. Почему именно я? Не знаю. Что у вас случилось? Не знаю. Почему ты не взял нужное сам, хоть явно ходить можешь? Не знаю. И знать не хочу. Функции перевозчика я выполнила. Не хворайте. — я все таки выплеснула свою злость, хоть после взгляда на их лица и пожалела. Настя была обескуражена, а Макс… его лицо ещё больше посерело, хотя куда уж больше?

Я подвинула ногой сумку к нему и встала, собираясь уйти. Блондинка схватила меня за руку.

— Не уходи. Пожалуйста. Если у тебя нет дел, то позволь угостить тебя кофе за оказанную услугу. И я ещё должна тебе за такси. — она сказала это извиняющимся тоном. Сосед же просто смотрел в стол. Создавалось впечатление, что он-то как раз не против моего ухода. Хотя после моих грубых слов и я хочу сбежать. Но… голос подал мой живот. Забурчал. Злость приходит и уходит, а кушать хочется всегда.

Настя засмеялась:

— Вот и согласие! Официант! — она подозвала сотрудника, чтобы принял заказ.

Я села, притихла и поняла, что покраснела. Гроза района с бурчащим животом.

— Извините, я не обедала. Дел было много. — пояснила, дабы объяснить свою неловкость.

— И не завтракаешь. Никогда. — подал голос сосед.

Я пожала плечами и не стала ни комментировать, ни опровергать, ни спрашивать откуда он знает, ведь в доме бывает редко.

В напряжённом молчании мы ждали заказ. Узнавать, что случилось и почему мы встретились в таком месте, желания не было. Любопытство смело волной негатива. Когда принесли кофе и пирожные, Максим нарушил молчание:

— Почему ты не попросила привезти мои вещи Сашу? Дом он знает. Не раз там ночевал. — обратился он с нахмуренными бровями к Насте.

— Ты после аварии совсем не слушаешь никого! Я же говорила, Саша уехал в принудительную командировку. Поэтому я нашла номер твоей соседки. — возмутилась и объяснила она, — А почему это он ночевал в твоей съемной комнате? Он же местный.

— Родители. Кто его в эту командировку отправил, как думаешь?

В этих разговорах между друзьями я чувствовала себя лишней, хоть на слове "авария" и подняла голову от кофе, но так же быстро сделала незаинтересованное лицо. Это не мое дело.

Мы снова замолчали. Мое кофе уже подходило к концу, когда сосед спросил:

— Эээ, Ань? А там график уборки в доме… Когда моя очередь? Не знаешь? Я приеду, уберусь… — мне показалось, он искал повод заговорить, только тема дома уж очень больно отозвалась во мне.

— Не рекомендую приезжать пока. И с Левой не пересекайся. — сказала грустно и, подняв глаза, спросила утверждающее — Ты же ещё не знаешь?

— Не знаю что? — наверное предчувствуя новую волну проблем на свою голову, уточнил Максим. Только не знал о масштабах проблемы.

— Это не я должна тебе сказать, лучше позвони Маше. — и с издёвкой добавила — Покупай подгузники, папуля!

* Максим * (осторожно, немного мата!)

"Такс… пельмени? Пельмени! Мясо… Сыр… Помидоры… Кофе…. Мазик…" Все перечисленные продукты направлялись в тележку. Ничего запланированого, просто брал, чё видел. С грустью посмотрел на алкогольный отдел. Напиться хотелось. Очень. Только вот завтра за руль.

"Разгребусь с этими "американскими горками" в жизни и нажрусь! И ебись оно все конем!" — дал себе обещание.

"Тааак, бумагу нужно, туалетную…" — я направился в сторону отдела химии, там взглянув, вспомнил, что ещё мыло закончилось. Закинул большую пачку "снежной панды" и покатил тележку к мылу. В кармане завибрировал телефон. Остановился, достал его из кармана. Другой рукой хотел не глядя взять нужный мне товар. На запах плевать, главное, чтобы жидкое. Удобнее и гигиеничнее. Хотел… Но после прочитанного в телефоне застыл и рука зависла в воздухе.

"Прием у гинеколога назначен на вторник. И в тот же день на УЗИ. Ты же пойдешь со мной?" — от смс плечи ещё больше опустились.

Я не знал, что ответить. "Да что я говорю? Я, блять, не хочу ничего на это отвечать!" — я зажмурился и поднял голову вверх, как будто молясь.

Все таки вспомнил о покупках и продолжил движение рукой, но вместо ожидаемой бутылки с дозатором нащупал какую-то пачку. Открыл глаза. "Pampers" на ней написано.

"Ебанный в рот!" — мысленно закричал я. Отдернул руку. Захотелось вытереть ее об джинсы, но я схватил мыло и зашагал на кассу.

***

Когда, два дня назад, прозвучала эта фраза про подгузники, я лишь устало разозлился. Тяжело что-ли Ане было внятно сказать причину? Вечно эти бабские намеки и интриги. Я в тот день, не сразу позвонил Маше. Сначала переоделся в туалете того же кафе. Потом, хоть и хотелось допросить Настюху, чё это было, лишь покачал головой. А она молчала. Мы вернулись в больницу, там нас уже как родных встречал лечащий врач Ильи: