Шрифт:
– Нет, они еще спросили, приехала ли с вами молодая девушка, ваша послушница Анна.
– И ты что ответил?
– Я сказал, что знаю только мать Каталину, но видел с вами девушку с черными глазами.
– Мне все понятно, отпусти его! – приказала Каталино Беппо.
– Как это отпусти, я его сейчас хорошенько выдеру! – бушевал Беппо, найдя наконец хоть какое-то подобие козла отпущения.
– Альдо не виноват, он просто ответил на заданный вопрос, – спокойно возразила мать-настоятельница.
– Чтоб я тебя больше не видел, пошел на кухню! – Беппо с явным сожалением выпустил подростка, тот, не дожидаясь повторного приглашения, ринулся наверх, только пятки засверкали, хозяин постоялого двора повернулся к настоятельнице.
– Почему вы уверены, что он не виноват? И почему вы спросили об Анне?
– Это слишком долгая история, Беппе, и лучше тебе ее не знать…
Воцарилось молчание. Хозяин терпеливо ждал. Наконец мать Каталина тихим голосом спросила:
– Ты брал сегодня кого-нибудь в поденщики?
– Конечно, как всегда перед праздником, сама же знаешь, что сейчас паломников море, одним нам не управиться.
– Кого ты взял?
– Двоих: Антонетту, я ее всегда беру, и другого, ее дружка, как же его зовут?! Балдассаре.
– Ты их хорошо знаешь?
– Антонетту – да, а Балдассаре она мне привела, я его раньше никогда не видел. Сейчас я тебе их покажу.
Но расспросы Антонеты, глупой рыхлой брюнетки с побитой оспой лицом и круглыми глазами, ни к чему не привели. Оказалось, что с Балдассаре она познакомилась только вчера, и тот ей обещал отдать половину своего сегодняшнего заработка. Балдассаре же след простыл.
– Нам опасно здесь оставаться, Беппе, ты можешь найти для меня убежище?
– Конечно, у меня за городом живет брат, – кивнул головой детина. – Вы знаете, кто подослал убийц?
– Знаю, – грустно ответила настоятельница. – Я надеялась, что это старая история, но прошлое имеет вредную привычку возвращаться…
Беппо оставил мать-настоятельницу с Анной в собственной спальне, крепко заперев дверь и приставив собственного помощника Гаэтано охранять ее, а рано утром сам проводил женщин в безопасное место за городом, пообещав найти и привести к ним друга матери-настоятельницы, духовника монастыря Паоло Кастаньо. Тот явился ближе к вечеру, растроганно обнял настоятельницу. Так они и простояли вместе несколько минут: высокий, сухощавый Паоло со строгим лицом аскета и осанкой ариктократа и небольшая, кругленькая Каталина. Следом Паоло взял за руку Анну. Та сидела неподвижно, уставившись в одну точку и ни на что не реагируя. Паоло вздохнул и отпустил ледяную руку своей ученицы. Показал глазами на дверь в соседнюю каморку и вышел, Каталина последовала вслед за ним.
– Теперь расскажи мне, что произошло, – коротко попросил он.
Паоло слушал внимательно, не разу не прервал, только по мере повествования матери Каталины черты лица его заострились, и в глазах заполыхал гнев.
– Ты уверена, что наши враги отравили всех твоих сестер с одной единственной целью – уничтожить Анну?
– Да, подумай сам, кому еще могли помешать мои дочери?! – голос матери-настоятельницы задрожал.
– Тогда почему Анна осталась в живых?!
– Тот, кто подлил яд, не знал, что нас с ней не было, я сказала Беппе, чтобы нас не ждали. Я давно обещала показать Анне базилику Эмилио, и мы вряд ли могли вернуться вовремя, но путешествие было утомительным, и я не хотела доставлять неудобства сестрам, особенно сестре Агнес, сам знаешь, что паломничества с годами ей давались все труднее и труднее.
– Убить пятерых, чтобы разделаться с одной?! Каким чудовищем надо быть!
– Да, вот именно, чудовищем, готовым на все, и которое ничто на свете не остановит!
Оба замолчали.
– Неужели нет выхода?! – горестно спросила Каталина.
– Пока не знаю, – честно признался Паоло, и добавил, – хотя у меня есть одна идея, вы отправитесь со мной.
– Хорошо.
– Я могу поговорить сначала с Анной?
– Она все время молчит, плачет и молится!
– Что ей известно? Ты ей рассказала правду?
– Чтобы добить ее окончательно?! Ты думаешь, ее рассудок вынесет еще одно потрясение после всего случившегося?
Паоло кивнул.
– Ты права, но нужно объяснить, что ей угрожает опасность!
– Хорошо, это я ей объясню, но без каких-либо подробностей! Просто скажу, что у нее есть невидимые враги! А кто они, мне неизвестно!
– Так действительно будет лучше! – согласился Паоло. – Сколько времени тебе понадобится на сборы?
– Ты знаешь, что немного… – впервые за последние дни улыбнулась Каталина.
Анна последовала за Паоло и настоятельницей, не задавая никаких вопросов. Ей было все равно, ее жизнь остановилась и осталась там, на постоялом дворе, рассеявшись, как дыхание ее сестер. Даже разговор с Каталиной по прибытии не вывел ее из молчаливого равнодушия. Ее жизни что-то угрожает? Какая глупость, угрожать можно живым, тем, кто чувствует, как бьется сердце, как хочется плакать или смеяться, радоваться прикосновению любящих рук, для кого страшно покинуть этот мир! А ей все равно, да и потом, как можно бояться освобождения!