– Наша семья достаточно влиятельная в Санкт-Петербурге, а у вас огромное состояние и связи тоже немаленькие. Это был бы достойный брак. Однако у моего сына характер достаточно независимый. Мне трудно сказать: согласиться ли он на брак? 

– Это да! - затем Аркадий протянул руку младшей дочери князя Корнилова, - София Платоновна, удостоите меня одним танцем?

–  Хихи, конечно, сударь!

Во время это танца, Аркадий задумался, что в свои сорок два года пора найти себе жену, которая могла бы ещё сильнее возвысить род Лицын, чей основатель - дедушка мужчины - был внебрачным сыном князя Голицына. Княжна София, казалась Аркадию очень подходящей партией. После танца он решил обсудить этот вопрос с князем Корниловым на балконе.

–  Аркадий Васильевич,–  начал Платон, смотря на виды Стамбула, - Ваше предложение заманчивое, но... Поймите меня правильно, я не могу думать о браке младшей дочери, пока не устрою счастье старшей. А для своей Лизеньки я хочу самого лучшего. А более выгодной партии, чем единственный наследник семьи Нелидовых, нет. Не принимайте на своё счёт. Просто это будет не честно устраивать брак Софии, пока Елизавета в девках сидит.

– Я вас понял, Платон Тимофеевич.
–  Лицын взглянул на шумный зал, где Митя обсуждал что-то с отцом и дипломатами посольства,–  Не волнуйтесь, я поговорю с Дмитрием. Он очень покладистый. Так что Елизавета скоро станет княгиней Нелидовой, а София будет графиней Лицыной. Я вам это обещаю! 

II. Одна из многих

Хоть одалык и рассматривались в качестве кандидаток в гёзде, то есть любимец падишаха, однако, пока наложницу не призвали на хальвет, они по-прежнему выполняла хозяйственную работу, пусть и не такую тяжёлую как у джарийе. Русская одалык шестнадцатилетняя Сезен за пару месяцев, что она прибывала в новом статусе, в основном выполняла работу, связанную с прислуживанием одной из султанских жён - Хюснишах кадын эфенди. В принципе, девушке повезло, ибо молодая кадын была спокойной и милостивой девушкой. Хюснишах была настолько довольна работой Сезен, что она в серьёз подумывала над тем, чтобы сделать её своей пейк.

И всё же у русской наложницы, как у других одалык, был шанс стать султанской фавориткой. Валиде-султан, никогда не забывая о том, что у падишаха всё ещё нет наследника, устраивала вечера с развлечением, на котором султан мог бы выбрать наложницу на ночь.

В один из майских дней, нескольким одалык, в том числе и Сезен, сообщили, что Михришах-султан собирается устроить очередной вечер развлечений. Русская наложница до полудня служила у Хюснишах кадын эфенди. Сложно было сказать, что чувствовала султанская жена, когда она узнала про планируемые развлечение для падишаха, однако девушка не проявила никаких эмоций от этой новости. И всё же Сезен было трудно уходить с фразой: “Кадын эфенди, мне нужно подготовиться к вечеру”, - однако, услышав это, Хюснишах со слабой улыбкой утвердительно кивнула головой и отпустила наложницу.

Покинув покои султанской жены, Сезен направилась по коридору в хаммам. По пути она встретила Мирзу-агу. Девушка собралась пройти мимо, но...

–  Сезен-хатун, - тихий голос чёрного евнуха, заставил одалык остановиться, словно кто-то её схватил за ноги.

– В чём дело?
– девушка опустила голову.

– А у тебя такой виноватый вид.
– с издёвкой произнёс Мирза, - Неужели ты что-то скрываешь?

– Да что ты говоришь!
– ухмыльнулась Сезен, - Вот беда! Ты-то лучше держишься. Научишь меня своему бессовестному спокойствию?

– Хатун, - евнух резко схватил девушку за подбородок и приподнял голову так, чтобы были видны глаза, - Куда же ты собралась?

– Не трогай меня!
–  Сезен оттолкнула от себя евнуха, - Я вечером буду развлекать падишах.

– Вот оно что! Но почему ты радуешься? На этом вечере ты будешь одной из многих. Не думай, что султан тебя на нём заметит. Среди одалык есть и более красивые девушки, чем ты, хатун.

Эти слова никак не задели Сезен. В барском доме она слышала и более унизительные оскорбления от Лицыных. После краткой паузы девушка улыбнулась чёрному евнуху.

– Мирза-ага, это всё что ты хотел сказать?

– У меня для тебя много слов, Сезен-хатун, - на лице евнуха появился оскал, - Но ещё не время для них. Можешь идти!

Недовольно завертев головой, Сезен продолжила свой путь. Она тоже хотела сказать Мирзе всё, что о нём думает, но она боялась, что подобные проявления эмоций могут стать для неё роковыми. Русская одалык и чёрный евнух были в одной лодке под названием “Шпионаж в пользу России”. Так что приходилось терпеть.

И всё же Мирза-ага в одном был прав: Сезен лишь одна из многих. Вечер развлечений - это ещё не хальвет. Шанс того, что среди прекрасных наложниц, султан Селим выберет русскую одалык, была крайне мала. Да и Сезен не хотела этого. Девушки в гареме мечтали о падишахе не только потому что хотели повысить свой статус, а ещё из-за того, что других мужчин они видеть не могли. У Сезен же во внешнем мире был Митя, и в её сердце больше не для кого не было места. Русская наложница была бы вполне довольна статусом пейк Хюснишах кадын эфенди. Однако личным мнение Сезен никто не интересовался ни в гареме, ни в русском посольстве.

III.Судьба благосклонна лишь для одной

После хаммама одалык отвели в общую комнату, чтобы они навели красоту. Прихорашиваясь Сезен наблюдала за другими девушками. Все были в предвкушение, особенно это было видно по Пакизе. Одевшись и накрасившись для вечера, подруга не отходила от зеркала, всё ещё не уверенная в том, что выглядит идеально. Когда Сезен привела себя в порядок, она подошла к Пакизе, положив руки на плечи.

– Ты очень красивая!
– сказала русская одалык.