Но постепенно дело наладилось. Мы набирались опыта и становились все увереннее, брались за все более сложные задачи. Повезло и в том, что моей стихией, стихией ведущего оказалась Земля. Это позволяло мне гораздо свободнее управляться с работой, экономило мои силы. И мы смогли относительно легко подвести воду к стройке. А вода нам очень нужна для заклинаний, которыми мы обрушивали стены ущелья.

Каждый день мы работали до тех пор, пока держались на ногах самые сильные из нас. Именно мы питали силой все плетения Рисунка и как только отдавали все досуха, то работа становилась. Впрочем, и остальные к этому времени держались лишь на гордости и упрямстве. Поначалу, когда у нас не ладилось, то людей приходилось упрашивать продолжать попытки, особенно женщину и Рино, который был очень скептически настроен к происходящему. Теперь же, когда все спорилось, все оказались увлечены нашей целью. И работали, отдавая все силы делу, бросив все дела в форте на помощников.

Мы буквально доползали до столовой, ужинали и отправлялись спать. Утренней тренировки у нас не было. Какая тренировка, если ни тело, ни разум не успели полностью отдохнуть, и каждое движение приходилось делать через силу? Плотный завтрак и снова вокруг огонь Печати, и ты буквально ощущаешь шершавую, нагретую солнцем поверхность очередного блока на своих плечах. Странно как-то, если вдуматься, вроде блок несут по воздуху шесть человек, несут силой своего разума. А тяжесть ощущают все и своими плечами.

Уже к концу месяца из форта можно было любоваться потрясающим видом танцующих в воздухе каменных блоков, которые безостановочно и бесшумно создавали на глазах зрителей крепость. Через секунду после приземления блок озарялся багровой вспышкой огненных заклинаний. Ими Литос, временно становящийся ведущим, превращал его в еще одну частичку монолита крепости. Впечатывались навечно в блоки всевозможные руны низкого рода, крепко спящие в ожидании, когда их коснется сила Источника, и они придадут камню крепости еще больше прочности и несокрушимости.

Поднимались к небу мощные треугольные клыки башен, защищающих ворота, росла грозная цитадель, которая будет служить гарнизону жильем и последним убежищем. Множились постройки во дворе нашей крепости. На природных боковых стенах появились невысокие поперечные стены, на случай, если враг заберется на склоны ущелья. Тут же стояли башни с огромными крытыми галереями для лучников и метателей. Возвышаясь на пятнадцать метров над башнями нижней стены и, будучи выдвинуты за ее линию, они должны не позволить врагу взять ее штурмом. Стрелы, выпущенные с высоты более двадцати пяти метров, сметут с пространства перед крепостью все, что не обладало магической защитой.

Но если стены все же были бы взяты врагом, то оставалась цитадель, куда могли отступить защитники и получить еще один шанс. Мы вознесли ее стены выше площадок ущелья, ее башни возведены вровень с башнями стрелков, на плоской крыше цитадели расположены площадки, пригодные для установки небольших метательных машин. А дозорная башня возвышалась над крепостью на сорок метров, позволяя обозревать окрестности на много километров вокруг. Ну, и пусть, что горы вокруг. Все равно многое будет открываться взору.

Я лежал во дворе цитадели и смотрел на падающую в небо дозорную башню из серого прочного гранита, блистающую в солнечных лучах рисунком вьющейся вокруг нее лозой, созданной вставками из светлого мрамора. Красота! Приятно глядеть вот на эту махину, царапающую флагштоком небо и знать – это построил ты!

– Вставай. Прибыли.

«Нет покоя магу», – мрачно подумал я. И так, под руководством Диниса Таргана неделю не вылезал из-за стола, постигая под его руководством науку бумажной волокиты.

Прибыла долгожданная комиссия из Райта. Несколько гражданских, один в военном мундире, один в мундире стражи, но оба с синими горжетами. Маг без мундира и без горжета, но с посохом искателя у седла. И с ними десятка два сопровождающих. Ну, вояки это понятно. Дорога дальняя, а после Ретрошена, вообще, сельская, ночевали в пещере на перевале, палатки ставить, да костры разводить для комиссии не по чину. Вот и прихватили с собой солдат, чтобы было на кого бытовые мелочи скинуть. Но вот зачем с ними еще и десяток синегоржетной стражи?

Нет, снова понятно, что комиссия ехала сюда, ожидая худшего. К примеру, ждали увидеть криво сляпанные стены, башни, не падающие лишь потому, что приплавлены к фундаменту, и меня посреди всего этого безобразия. Преступника, который угробил кучу ресурсов и пытается нагло украсть из казны деньги. Но стража то зачем? Они ожидают, что я стану сопротивляться аресту? И им нужны будут громилы, чтобы меня скрутить? Достаточно приказать командиру гарнизона взять меня под стражу, и дело сделано. Или и его хотят арестовать со мной за компанию?