Признаюсь честно, мне нравиться быть ректором, но эти все проверки, придирки и тому подобная подставная ересь выбешивают . В такие моменты так и хочется позвонить отцу и сказать, что я согласен вернуться в компанию. Но я этого не делаю, потому, что я мужчина и не привык сдаваться.

Что же касаемо обычных проверок, цель которых не деньги, то к ним я всегда готов.

Вхожу в университет, поднимаюсь на второй этаж, где расположен мои кабинет и первое, что замечаю уйму стеклянных осколков на полу, чью-то кровь и две женщины, что убирают все это.

– Что здесь произошло? – строго спрашиваю их, подходя к ним и оглядывая место преступления.

– Добрый день, Илья Романович! – приветствует меня Анна Петровна, женщина лет пятидесяти, что работает в университетской столовой поваром – Так девчушка бежала и не заметила как рабочие, что сегодня окно меняли на третьем этаже, стекло тащили. И стекло разбила и сама поранилась.

– Да-да! – поддерживает ее вторая женщина, имени которой я, к сожалению, не помню, но знаю, что она работает уборщицей. – У нее в руке осколок даже остался. Она в обморок упала. А рабочие ее в медпункт отнесли.

– Она еще там? – спрашиваю и поворачиваюсь в направление, где находится медпункт.

– Да. Где ей еще быть? Минут пять только прошло. – отвечает Анна Петровна, собирая крупные осколки.

Быстрым шагом иду к нужному кабинету. Еще не дойдя до кабинета, слышу, как там что-то громко падает, кто-то кричит, происходят какие-то очень громкие действия, которые походят на драку.

Резко распахиваю дверь и влетаю в кабинет.

Врезаюсь в спину одного из рабочих, что стоит с камерой в руках и снимает происходящее, ржет. Второй рабочий делает тоже самое, только еще и комментирует:

– Дамы и господа, среди нас сумасшедшие. Учатся и находятся рядом с каждым…

Смотрю на того, что они снимают, и натыкаюсь взглядом на двух человек. Нашего университетского врача, Иван Владимировича и испуганную девушку, что с ногами стоит на кушетки и со слезами на глазах, смотрит на все происходящее. Ее трясет. Из одной ладошки торчит небольшой кусок стекла, по которому течет кровь.

Чертыхаюсь мысленно, когда более детально рассматриваю девушку. Ольга. Та, что два дня подряд постоянно попадает мне на глаза, в попытке покалечить себя или меня.

Сейчас на ней всего лишь джинсы и вязанный черный свитер. Блондинистые волосы затянуты в высокий хвост.

– Девушка, дайте свою руку. Я выну осколок и наложу швы. – спокойно произносит доктор, но в голосе его скрыто раздражение. Наверно не первый раз произносит эту фразу.

Девушка со всей силы мотает головой. Ее руки трясутся, как будто бы ее током бьет. Глаза бешено бегают по комнате.

В этот момент она напоминает мне напуганного олененка, которого поймали браконьеры и пытаются убить.

Красивый олененок Бэмби.

Пару секунд смотрю на нее, и во мне рождается новое чувство. Мне хочется защитить ее, обнять, успокоить. Почему то не могу отбросить это желание вызванное, скорее всего от …жалости. Прежде никогда не испытывал такое желания, даже когда преподавал в университете и принимал зачет у взволнованных студентов. Бывало, что я знал, что студент знает, но просто перенервничал во время ответа, поэтому отвечал так неуверенно, но никогда не жалел.

Подумаете сейчас, что я тиран… Возможно! Но благодаря таким зачетам в будущем у моих студентов не возникало стеснения перед сдачей дипломов. Они учились быть уверенными, чтоб я не валил их.

– Вышли отсюда и пошли работать! – рявкаю на рабочих и схватив их за шиворот, выталкиваю в открытые двери кабинета. Перед тем как закрыть двери выхватываю их телефоны и стираю видео.

Закрываю двери и медленно подхожу к кушетке, на которой стоит девушка. Специально оставляю между мной и кушеткой один шаг, чтоб в случае чего поймать девушку, если она начнет падать, но при этом оставить ей некоторое пространство.

– Ольга? Вас ведь так зовут? – обращаюсь к девушке.

Она еле заметно кивает. Или мне кажется, но в ее глазах на пару секунд мелькает облегчение. Будто бы от кого, что я знаю ее имя, она спасена.

Понимаю, что девушка напугана. Я двадцать лет жил с матерью психологом и поэтому знаю основы того, как общаться с теми у кого паническая атака. А в том, что у девушки паническая атака, я уверен.

– Посмотрите на свою руку. – прошу ее – Там осколок. Его надо достать и обработать рану. – медленно и спокойно объясняю ей. Протягиваю руку - Я помогу спустить.

Ольгу начинает еще больше трусить, она вжимается в стену за своей спиной и выставляет руку вперед в жесте защиты.

– Иван Владимирович, мы можем выйти? Девушке надо успокоится. – говорю доктору. Тот кивает. И я поворачиваюсь к девушке. – Мы выйдем на пару минут, а затем вернемся. И ты позволишь нам вытащить стекло из твоей руки. Хорошо? – девушка кивает.