Катя: Почему ты такой злой?

Максим: А почему ты такая жалкая?

Дебил… Жалкая?

Смотрю на его довольное лицо. Идиот.

Дзынь-дзынь…

Новое сообщение.

Максим: И да. Прекрати пялиться на меня.

Катя: Не бойся, больше не буду.

Урод.

Блокирую телефон и убираю его в сумочку. Господи, как же я его ненавижу.

К нам подходит официант и начинает принимать заказы. Максим заказывает стейк, ещё бы, охотник хочет мяса.

— Что-то из напитков? — спрашивает красавчик-официант.

— Может сегодня всем вина? — предлагает Николай Валерьевич, — все уже достаточно взрослые.

— Эй, а я? — подаёт голос Никитка.

— Прости, друг, но тебе мы можем заказать виноградный сок, почти тоже самое, — пожимает плечами Фролов старший. Затем он переводит взгляд на меня, — Кать, давай за компанию? Дмитрий, Вы не против?

— Да нет, пусть, — отвечает папа.

— Вот и отлично. Я надеюсь, что у тебя проблем с алкоголем нет? — смеется он и смотрит на меня.

Я слышу чей-то смешок. Конечно, кто же это ещё может быть? Максим.

Я вспоминаю ту вечеринку. И Максим, кажется, тоже. Когда меня вырвало от переизбытка в моём организме алкоголя.

— Нет, спасибо, — проговорила я, — пожалуй я присоединюсь к брату. Мне виноградный сок, пожалуйста, — обращаюсь я к парню официанту.

Он улыбнулся мне и посмеялся.

— Хорошо, обязательно проверю, чтобы не перепутали, — сказал он.

Александр, как звали официанта, был где-то нашего возраста. Скорее всего тоже студент, просто подрабатывает. Он был милым и приятным на первый взгляд. Когда наши глаза встретились, он кивнул мне, и его взгляд опустился вниз, к моему декольте.

— Эй, чувак, все что нам надо, мы заказали, можешь валить, — раздался грубый голос Максима.

Ну почему он не может вести себя нормально?! Обязательно грубить!?

— Д-да, конечно, — пролепетал тот и ушел.

Куда ты, красавчик?

Все неодобрительно смотрят на Максима, ну, практически все, я не смотрю. Мне же нельзя.

— Что? — спрашивает тот, точнее он не интересуется их мнением, так, чтобы отстали.

— Что ж, Дмитрий, а как вы относитесь к… — начинает разговор Николай.

Пока мы ждали еду, я тупо обводила вилкой незамысловатые узорчики на скатерти, написала Нике, что:

Катя: Это полная жесть, ты не представляешь, кто оказался сыном папиного партнера.

Ника: И кто же? Я вся во внимании.

Катя: Фролов!

Ника: Да ну, ничего себе! Кать, ну это судьба;)

Катя: Ты дурочка!

Ника: Ой, ой, кто бы говорил! Как ведёт себя наш красавчик?

Я посмеялась. Красавчик? Наш?

Катя: Этот идиот опоздал и нагрубил официанту, боюсь, что будет дальше!

Ника: Жду продолжения! Пиши, если что. Целую!

Люблю Ронни, редко найдёшь подруг, которые будут поддерживать вас всегда. Несмотря на тот год, что мы потеряли, живя в разных городах, мы все равно остаёмся близкими друг для друга людьми.

Как только я убрала телефон, нам сразу принесли наши блюда. Красавчик-официант положил передо мной тарелку и виноградный сок с трубочкой в виде фламинго. Мы встретились взглядами, и оба тихо засмеялись.

— Спасибо, — улыбнулась я ему.

Хоть я и не смотрю на Максима, но слышу. Он фыркнул.

— Приятного аппетита, — пожелал Александр, насколько я помню, и ушёл.

Мы приступили к еде. Мясо оказалось реально вкусным. Надежда знает толк в выборе блюда.

Наши родители о чем-то увлечённо болтали, даже Никитка что-то добавлял от себя, но мы с Максимом сидели тихо, не вмешивались в разговор, думали о своём. Он чем-то был недоволен, хотя жадно уплетал мясо. Я пока держалась, не смотрела на него. Ему же, видите ли, противно…

— Мне кажется, вы очень заинтересовали одного молодого человека, — весело произнёс Николай, отвлекая меня от моих мыслей и кивая в сторону.

Я повернула голову налево, заметив боковым зрением, как Максим повернулся туда же, куда и я.

Я застала Александра, того самого официанта, который относил блюда чужому столику, не отрывая от меня взгляда.

— Просто официантик возомнил о себе слишком много. Он думает, что… — начал Максим, при этом горько усмехнувшись.

Не выдержав, Николай Валериевич уронил вилку с ножом.

— Максим, — начал он грозным голосом, — хватит. Ещё одна выходка…

Фролов младший лишь улыбнулся и начал со злостью резать стейк.