— Я присяду с тобой, ты не против?

Кажется, моя улыбка сослужила плохую службу. Я пожимаю плечами, но в этом жесте нет равнодушия, потому что я против, чтобы она сидела рядом со мной. Янка же поняла мой жест по-своему и присоседилась без приглашения..

— А с кем ты сегодня приехала? Я вас видела, — как ни в чём не бывало, щебечет подленькая Яночка премилым голоском. Неужели она не понимает, как неуместен её вопрос?

— Ну, ты ведь видела, неужели забыла моего брата?

— Забудешь его! Но вас подвозил какой-то парень и это не такси, потому что у него купе, — быстро поясняет Янка. — Это твой знакомый? Мне кажется, что я уже видела эту машину, у него номера приметные.

Мне становится очень интересно, где Янка могла её видеть, а возможно она знает и владельца, который для меня остаётся загадочным мистером Х, несмотря на близкое соседство. Но это же Янка, и от неё мне точно не нужна информация.

— Нет, я не знаю этого парня, — мне даже врать не приходится, а ворвавшийся в аудиторию Злой Павлик избавляет меня от продолжения неуютного диалога.

Дальнейшие попытки Янки завязать беседу ни к чему не привели. Уж ей-то должно быть известно, что никто не может отвлечь меня от учёбы. Никто, кроме…

Неожиданно заводной рингтон «Мама, я танцую» взорвал тишину в аудитории, прервал речь Павлика и заставил обратить на меня взоры всех присутствующих. И если внимание однокурсников я пережила безболезненно — не зря ведь поработала над своим образом, то яростный взгляд Злого Павлика парализовал мои мышцы и распрямил мозговые извилины.

Сначала я просто забыла, где отключить звонок, потом не слушались пальцы, а в результате телефон выскользнул у меня из онемевших рук, ударился об угол стола и запрыгал по ступенькам, продолжая своим задорным вокалом распалять Павлика. Ох, не сдам я макроэкономику!

***

Меня даже в школе никогда не выгоняли из класса, и сейчас, выдворенная из учебной аудитории, я просто не знаю, как к этому относиться. Я вроде бы теперь ближе к народу, и это неплохо. Но Павлик не зря зовётся злым, и обрести врага в его лице мне бы и в страшном сне не приснилось.

Ну как же так? Я ведь всегда отключаю звук в телефоне, но сегодня… Сегодня всё не так — неожиданная встреча с соседом, его улыбка, набег бывших… И вот итог!

Сонька! Да как она могла позвонить мне в такое время? С ума сошла? И почему она не спит, в конце концов?! Звонить подруга перестала, а я с грустью смотрю за разбитый экран моего новенького дорогущего айфончика. Даже два месяца не прожил — мне его Антон только к Новому году подарил. А ещё говорил, что противоударный…

Мелодичное треньканье уведомляет меня о входящем сообщении. От Соньки. Сквозь паутину трещин я читаю короткое послание и перечитываю снова и снова:

«Манька-а-а-а-а-а-а!!! В твоей спальне голый мужик!!! А я в постели! Помнишь, в чём? Карау-у-ул!!!»

— Короче, ты подгребай к девяти, я внизу для тебя разовый пропуск выпишу. И это… паспорт не забудь.

— Спасибо, Женёк.

— Да пока не за что, брат.

Молодец Жека — не забыл, не стал затягивать, сказал — сделал. Я быстро принимаю душ, на завтрак времени не остаётся. Перекушу на обратном пути где-нибудь.

Выходя из квартиры, едва не сметаю дверью жмущуюся парочку, и про себя матерю рукожопых умельцев, не по-русски установивших дверь. Но забористая мысль обрывается, когда я вдруг узнаю этот озабоченный дуэт. Синеглазка со своим вчерашним додиком мило воркуют у соседней двери. Ночи им, что ли, не хватило?

И вдруг до меня доходит, кого именно я слышал прошедшей ночью. Несколько секунд в неверии пялюсь в широко распахнутые глаза девчонки и с трудом подавляю иррациональное желание вырвать руки, обнимающие её за талию. Уже направляясь к лифту, понимаю, что с этой девочкой что-то не так, но запрещаю себе оглядываться.

***

Ну и погодка! Вполне соответствует моему настроению. Добежав до тачки каких-то метров десять, я успеваю основательно вымокнуть. Февраль, однако.

Уже сидя в тёплом салоне, понимаю, что забыл поприветствовать Борисовну — нехорошо это как-то. Да и соседей тоже… Послал же Бог!

В тот момент, когда я уже собираюсь трогаться с места, из подъезда вываливается осточертевшая парочка. Вау, это реально синеглазка? Если бы не её необыкновенные глазищи, ни за что бы не узнал. Где та нежная фиалка со смешным хвостиком? Где простота и застенчивость? Где, наконец, драные джинсы?

Сейчас передо мной ухоженная, хорошо упакованная тёлочка. Гладкие чёрные волосы ниже плеч, макияж и недовольное выражение на хорошеньком личике. Соска!

Я не трогаюсь, хочу глянуть, к какой машине они подойдут. Но куда там! Эта парочка экстремалов двинула под проливным дождём к остановке. Вернее, не двинули, а втопили со всех ног. Что ж ты, щенок, не бережёшь свою конфетку — растает ведь под дождём. Раз уж на тачку не заработал, хоть бы зонтом вооружился.

Маршрутка трогается с места прямо у них перед носом. Водила словно специально поиздевался. Сволочь — с людьми, как со скотом. Хочется догнать и надавать по щам, когда я представляю растерянность в синих глазах. Что за бред лезет в голову? Я ж вроде как тороплюсь, а чужие тёлки, пусть даже с такими глазами — не моя забота.