воустойчивость, и все же этот удачный набор мер безопасности спас Радэку жизнь.

— Я бы сказал, процентов на тридцать обгорел защитный слой скафандра, — начал Эмиль комментировать свой техосмотр. — На плечах, груди, животе и бедрах. Решетка жесткости в некоторых местах обнажена, и, по-моему, повреждения распространились вплоть до внутреннего слоя.

— Внутренний слой цел?

— Цел, — ответил Радэк. — Иначе бы я уже задохнулся.

— Из области живота вытекает жидкость.

— Красная или бесцветная?

— Бесцветная, — Эмиль отмахнулся от шарика жидкого хрусталя, отгоняя его от своего гермошлема, словно назойливую муху. — Охлаждение пробито.

— Радэк, вы можете пошевелить руками и ногами?

— Я не знаю.

— Так выясните.

— Даже выяснять не буду, — уперся Радэк, наотрез отказываясь двигаться. — Не сочтите меня трусом, но мой скафандр только что пережил страшную нагрузку, и за его надежность теперь никто не может поручиться. Я в нем даже дышать сейчас боюсь, не то что двигаться. По субъективным ощущениям срочной медицинской помощи мне не требуется. У меня все болит, но это лишь синяки. Дышу свободно, без острых болей. Аппарат жизнеобеспечения все еще работает.

— Эмиль, все же проверьте герметичность.

— Проверяю, — расстегнул он ранец Радэка и нашел взглядом манометр. — Один бар, и стрелка не двигается.

— Хорошо, — заключил Илья. — Я к вам выдвигаюсь. Ждите.

Эмиль не хотел безучастно ждать. Он хотел сделать для пострадавшего хоть что-то, но в памяти не всплывало ничего о первой помощи при взрывах в упор. Большинство проблем со скафандрами в космосе обычно связаны с пробоинами, которые необходимо быстро закрыть заплаткой. Но что делать, если в скафандре нет пробоин, а под рукой нет ремкомплекта? Эмилю пришла в голову лишь одна хорошая мысль, и он потянулся обратно к ранцу жизнеобеспечения Радэка.

— Радэк, я тебе сейчас немного перекрою кислород, но ты, пожалуйста, не обижайся.

— Я не хочу, чтобы ты мне перекрывал кислород, — возразил Радэк. — Ты что задумал?

— Хочу сбросить внутреннее давление твоего скафандра, — зацепился Эмиль пальцами за газовый редуктор и начал короткими рывками поворачивать вентиль, не сводя глаз с манометра. — Надо снизить нагрузку на ослабленные области.

— Здравая мысль, — одобрил Радэк. — Слишком много не сбрасывай. Мне еще дышать чем-то надо.

— Сброшу до половины бара. Ты все равно не собираешься двигаться, так что потерпишь.

— Мне тут очень жарко.

— Хочешь укольчик жаропонижающего?

— Мне сейчас не до шуток.

— Потерпи, Радэк, — вмешалась в их разговор Ирма, — мы с Ильей уже идем к вам.

— Ирма, ты-то здесь зачем?

— Не такими словами надо встречать скорую помощь. Я иду помогать. Мне сказали, что у вас произошел взрыв, а значит лишние руки лишними не будут.

— А вы не могли бы поторопиться? — заторопил их Эмиль. — Пять минут назад я думал, что Илья уже на полпути к нам, а теперь оказывается, что вы только что вышли.

— Пришлось потратить время на сборы…

— …торопились как могли…

— …не судите Ирму…

— …когда человек взорвался…

— …она просто хочет сделать все правильно….

— …это уже не шутки.

— Что у вас там происходит? — прокричали голосом Ленара сразу четыре шлемофона, и Эмилю показалось, что Радэк немного шевельнулся.

— Ленар, ты где пропадал? Тут у нас Радэк взорвался.

— Что с Радэком?

— Мой скафандр поврежден, — ответил Радэк без интереса к беседе, — но еще герметичен, а я жив и здоров.

— Так, я иду к вам.

— Зачем? — спросила Ирма, и небольшая пауза в эфире выдала его сконфуженность. — мы с Ильей уже идем стабилизировать Радэка. Ты нам здесь ничем не поможешь, так что в твоем присутствии нет необходимости.

Знай Эмиль ее чуть получше или чуть похуже, он бы мог ненароком решить, что она практически упивается этими словами.

— Ирма, ты-то какого черта там делаешь?

— Мы с Ильей идем стабилизировать Радэка, — повторила она. — А что я еще должна была делать?

— Немедленно доложить обо всем мне.

— Зачем? — еще раз поставила она его в тупик, и Эмиль отсчитал три секунды молчаливой задумчивости.

— Потому что я капитан, и обязан немедленно узнавать о любом бардаке, который происходит на моем корабле.

— Во-первых это произошло не на вашем корабле, — заступился за Ирму Илья. — А во-вторых, я не понимаю, чем этот порядок действий помог бы Радэку?

— Этот порядок действий — издержки регламента, который призван поддерживать дисциплину. А то, что устроили вы, называется самоволкой!