Я заставила мои внезапно оцепеневшие конечности двигаться. Помогло то, что Адриан быстро провел нас через торговые ряды и нырнул в боковую нишу, где был слив в полу. Несмотря на то, что его тело закрывало большую часть обозрения, я все еще не могла остановить ужасающие картинки, прокручивающие в моей голове.

Вместе с кусками говядины и свинины на прилавках лежали и куски человеческого тела. Для покупателей, которые хотели белее свежего мяса, человека резали на месте.

— Зачем? — Я задыхалась, не в силах сказать больше, так как вставшая желчь в горле не позволяла говорить.

— Здесь нет никакого солнечного света. — Хотя тон Адриана был безразличен, что-то мелькнуло в выражении его лица. — Это значит, что нет ни травы, ни зерна, никакой растительности или животных. Слуги и избалованные человеческие зверушки получают обычную еду, импортируемую с другой стороны, но у рабов есть только один способ поесть. Друг друга.

Желчь превратилась в рвоту, которую я не смогла сдержать. В то же время я дрожала от гнева. Теперь я поняла, что все кожаные одежды и отделка на дверях были так же сделаны не из животных.

Адриан не смеялся надо мной, пока меня рвало, и не говорил взять себя в руки. Он убрал мои волосы назад, а другой рукой утешительно гладил по плечам.

— Мы можем уйти, — сказал он низким голосом. — Это место никуда не денется. Вернемся в другой раз и будем искать.

С одного из балконов послышался смех, и этот звук был омерзителен. Никто не должен смеяться здесь. Никаких звуков, кроме криков ужаса не может быть в этой мрачной яме зла. Я хотела побежать обратно в свой мир так быстро, как могла и никогда не возвращаться, но если я так поступлю, я обреку Жасмин на проведение остатка жизни в этой дыре. Я скорее умру, чем допущу это.

Решимость, смешанная с яростью, помогла мне вернуть контроль над желудком. Я вытерла рот рукой в перчатке и посмотрела на Адриана с твердостью, которая отражала мою новую решимость.

— Веди меня вглубь этого места. Я не уйду, пока не проверю каждую чертову стену на наличие этого оружия.

* * *

Пока Адриан вел меня через множество уровней пирамиды, я много узнала о демонической жизни — больше, чем я когда-либо хотела знать. Во-первых, генераторы снабжали теплом и светом все массивное сооружение, поэтому свою теплую одежду я теперь перекинула через руку. Во-вторых, внутри все выглядело так, будто кто-то взял Великую Пирамиду в Гизе и украсил ее на современный, хоть и варварский, лад.

Большая секция, отведенная под стадион, была для гладиаторских боев — здешняя популярная форма развлечения. «Зверушки», которые, как упомянул Адриан, были людьми, попавшимися под руку демонам, жили во дворах. Слуги жили над ними, в многоквартирных помещениях, и, конечно, лучшие, роскошные владения были отведены для сверхъестественно садистских правителей этой области. Адриан сказал, что мы будем избегать этих мест, если я не почувствую что-нибудь, но пока я не почувствовала даже намека на что-нибудь святое в этом изуродованном из камня и кирпича кошмаре.

Я также поняла, как Адриан смог сопровождать меня всюду, не вызывая подозрений. Первое: он разговаривал на их языке, и каждый сверкающий глазами охранник, который пробовал остановить нас, разговаривал только на этом языке. Второе: прикрытием Адриана было то, что я вновь прибывший любимчик для Майхемиума. Судя по понимающим взглядам, у Майхемиума было много «зверушек».

Я раскусила финальный трюк Адриана, после того как заметила, что все люди отворачиваются, когда мы проходим мимо. Так они отводили глаза только от охранников, а так как она не носили униформу, оставалось лишь одна вещь.

— Зак зачаровал твои глаза светиться так же, как у охранников? — прошептала я, когда мы находились на одной из множества лестниц пирамиды.

Небольшая улыбка скривила его губы:

— Верно.

— Как они это делают? — также шепотом спросила я, но с одышкой. Должно быть, я прошагала пару миль по ступеням.

— Это часть льгот слуг. Наряду с увеличение силы и выносливости, демон дает им сверхъестественную версию tapetum lucidum, — Я подняла брови, прося объяснений. — Дополнительный слой ткани в глазах животных, который позволяет им видеть в темноте.

Это многое объясняло, но…

— Но у тебя этого нет, и ты видишь так же хорошо, как они.

«И двигаешься быстрее», — добавила я мысленно.

Я не смогла прочесть взгляд, которым он меня одарил.

— Я уже говорил тебе почему.

Ах да, его мистическая родословная. Он, возможно, и рассказывал мне о некоторых причинах, но еще не говорил «почему». Чем больше тайн он открывал, тем больше я загоралась узнать его самый главный секрет.