Сестрёнка, но теперь я могу заказать его. Ты бы видела... Оно просто восхитительно! Грешная мечта куртизанки. Нет, я шучу. Конечно, но... Чёрные чулки, а всё остальное красное... Да, я попросила, чтобы мне сделали корсет. Но ты же понимаешь, не ту скучную чушь из XVIII века. Он атласный и красный. С тонкими полосками чёрного кружева. Пояс для чулок просто минимален и крошечные трусики...

Кларисса, детка! Если бы ты была рядом, ты бы тоже меня захотела. Что уж говорить об Александре...

Сначала мы столкнулись в лабиринте. В Белль-Оукс есть настоящий зелёный лабиринт. Выследить его было нетрудно. А уж простонать... Наверное, он подумал, что кому-то мешает, но любопытство взяло вверх.

Итак, представь: я сижу на земле. Платье собралось на бедре складками. Ему виден мой чулок... Я знаю об этом, и он знает, что я знаю... Его язык прошёлся по губам, так медленно... И они влажно заблестели, как будто он только что меня поцеловал. О, Клэр, а потом он так посмотрел... Знаешь, я сразу поняла, что он вспоминает ту ночь в библиотеке. И затем...

***

Дартмур, поместье Бэквотэр, 2011 год

Сегодня наступил двадцать пятый день рождения Мариссы Коул. Очередной унылый безрадостный рабочий день, наполненный пылью, полиролью и чёрно-белой униформой горничной. Боже, какая убогость. И это её жизнь на будущие лет сорок? Пока она уже не сможет подниматься по лестницам Бэквотэра и таскать вёдра с водой?! Да, девочка, смирись. Такова твоя судьба, и тебе стоит радоваться, что ты живёшь в тепле, у тебя есть крыша над головой, и никто не шипит в спину «подстилка».

Марисса оделась и спустилась на кухню. Там уже вовсю царствовала миссис Хоггс, размахивая руками.

– Доброе утро.

– Марисса, девочка моя! – Миссис Хоггс кинулась к ней, заключила в объятия и прижала к своей пышной груди. – А мы помним, какой сегодня день!

Улыбчивая Салли и чересчур серьёзный садовник мистер Дженкинс согласно закивали головами, будто ожидали команды.

– С днём рождения, девочка моя! – Миссис Хоггс снова прижала Мариссу к себе, а затем отпустила и отступила в сторону, – Ну-ка, Салли, давай! Роберт!

Словно по волшебству в руках Салли появился крошечный тортик, который был украшен таким количеством взбитых сливок, что походил на снежный сугроб.

А ведь она так любила взбитые сливки. Марисса почувствовала, как неудержимым потоком хлынули слёзы.

– Крошка моя, а ну перестань! Роберт, ну же!

Старый садовник, который до этого маялся у входа, вышел вперёд и вынул из-за спины руку. Перед Мариссой оказался большой букет из нежно-белых роз.

– Ну же, давайте отпразднуем! – Миссис Хоггс радостно улыбнулась.

«Празднование» было наполнено стуком кофейных ложечек о фарфоровые блюдца, которые достали по случаю дня рождения, болтовнёй неунывающей Салли и тихим ворчанием мистера Дженкинса.

Когда торт был съеден, кофе выпит, а букет водружён в соответствующую вазу, Марисса отправилась к себе, чтобы переодеться в униформу и приступить к работе.

Она уже надевала своё жуткое чёрное платье, как в дверь постучали, и в проёме появилась голова миссис Хоггс.

– Девочка моя, можно к тебе?

– Да... Да, конечно заходите! – Марисса быстро застегнула пуговки и вопросительно посмотрела на миссис Хоггс.

Экономка скользнула в её маленькую комнатку и устроилась на простом деревянном стуле рядом с комодом. Изучив уже эту женщину достаточно хорошо, Марисаа поняла – разговор предстоит серьёзный. Лишь бы не увольнение! Она так хорошо работала! Отскребала этот чёртов Бэквотэр от пыли и грязи. Её руки напоминают ладони старухи – кожа загрубела, мозоли не сходят месяцами. Да и сама она на кого стала похожа за это время? Такое впечатление, ей лет сорок! Тёмная униформа велика, волосы мышиного серого цвета, кожа обветрилась. А ведь сегодня ей исполнилось двадцать пять... Нет, они не могу её уволить!

– Марисса, девочка, нам нужно серьёзно поговорить! – Миссис Хоггс ласково посмотрела на неё. Но в этом взгляде сквозило и... Сожаление? Боже, нет!

– Вы хотите меня уволить? – Её собственный голос показался таким же жалким, как и внешность.

– Уволить? – Миссис Хоггс даже слегка подскочила на стуле. – Что за глупость? Конечно, нет! Я пришла по более серьёзной причине!

Марисса поняла, что ещё секунда, и впервые в жизни она упадёт в обморок. Что может быть серьёзнее увольнения?!