— Тебе деньги нужны, деда? Я слышал, у тебя внучка в помощи нуждается.

Захара Петровича сразу передернуло. Будто током шибануло. Откуда он знает?

— Кто ваш информатор? — спросил дед.

— Садись в машину. Разговор долгий, — тот кивнул на свободное сиденье. Захар Петрович плюхнулся в переднее кресло с обивкой из натуральной кожи. Двигатель заурчал, и внедорожник плавно тронулся с места.

— Во-первых, представимся. Меня зовут Феликс. Тебя как, деда?

— Захар Петрович. Ну, а во-вторых?

— Во-вторых, — Феликс ускорил движение. Машина выехала на полупустой перекресток, преодолев очередную дорожную развязку. — У нас информаторов много, всех не перечислишь толком. Для тебя, деда, мало чего они значат. Ты только ответь, хочешь деньги заработать?

Деньги нужны позарез. В чем работа заключается, интересно? Наверняка придется преступить закон. Да и Феликс доверия не внушал. Как он заработал себе на шикарную тачку?

— Не удивлюсь, если ты предложишь мне кого-то ограбить, убить. Легкие деньги — это грязные деньги, — старик смотрел на Феликса осуждающе.

Тот невесело засмеялся.

— А ты не промах, деда. Сечешь фишку, значит. Только без мокрухи все будет. Законным путем «капусту» срубишь. Вот увидишь. От тебя только согласие, отвезу куда надо, а там будешь с Папой дело иметь.

— Кто такой Папа? — не понял дед. — Римский что ле?

— Вот даешь, — водитель коротко рассмеялся. — Не, он самый главный в нашей организации. Все движухи через него решаются. Ну так что, согласен? Повторяю. Без мокрухи все будет. За базар отвечаю.

Захар Петрович снова почувствовал, как колотится сердце. В глубине души щемило, словно внутри что-то разрывалось.

— Да, согласен. Все равно терять нечего. А внучку я люблю.

Феликс удовлетворен проделанной работой — первый этап сделки можно считать завершенной. Осталось только договориться с Папой. Он достал откуда-то из заднего сидения комок черной ткани.

— Завяжи глаза, деда.

Захар Петрович с опаской посмотрел на повязку, но согласился. Видимо, дело серьезное намечается. А дорогу запоминать не особо и надо. Старик хотел сказать, что дело пахнет криминалом. Осекся. Меньше знаешь — крепче спишь.

Ехали долго. Захар Петрович даже вздремнуть успел. Когда приехали, на небе забрезжил рассвет. Город вышел из сумрака, вновь преобразился, приняв прежние очертания.

Феликс разрешил снять повязку. Правда, и без повязки Захару Петровичу район показался незнакомым. Все такое чужое, непонятное. Словно в другой город попал. Главное, что старик обратной дороги не найдет. На то Феликс и рассчитывал.

— Ты куда меня занес? — спросил Захар Петрович.

— Мы недалеко от Двуреченского вокзала, — Феликс выключил двигатель. Вышел из машины.

— Первый раз вижу, первый раз слышу. Новый район, да?

— Нет, просто раньше был спальным. Сейчас все понаехали тут, да инфраструктура еще развитая. На месте не стоит, двигается дальше.

Феликс повел старика к двухэтажному панельному дому, у которого как ни странно всего один подъезд, набрал номер по домофону. Короткий монотонный гудок сменился приятным женским голосом.

— Назовите кодовое слово, пожалуйста.

— «Игра», — ответил Феликс.

Запиликал домофон, дверь открылась. Старик ожидал увидеть обычную лестничную площадку с голыми стенами, но произошло маленькое чудо. Перед его взором развернулся необычайно красивый холл. От пластиковых окон лился солнечный свет. На полу красный ковер, стены облицованы мраморной плиткой, точечное освещение и дорогая мебель. Все на высшем уровне. Евроремонт на каждом шагу.

В углу пристроился ресепшен, за столиком сидела утонченная девушка. Она поздоровалась. Дежурная улыбка не сходила с ее лица, сияла во все тридцать два зуба.

От увиденного Захар Петрович на минуту потерял дар речи. Вопрос невольно сорвался с его уст.

— Это так называемая ваша организация, правильно понимаю, Феликс?

— Да. Не боись, это чисто маскировка. Наша организация занимается так скажем экстравагантными вещами. Поэтому выбрали панельный дом. Так, для отвода глаз. Здесь только наши люди работают. Чужих не пускаем.

Феликс подошел к приемной, взял у девушки сводный журнал, отметил себя там.

— За мной, Захар Петрович, — позвал он. — Нам на второй этаж.

Люди поднялись по винтовой лестнице. Сама лестница деревянная, из красного дерева и с вычурной резьбой на перилах.

Второй этаж был поменьше первого, но сразу видно, что именно в этом месте решались деловые вопросы. Рабочий кабинет не выделялся роскошью. Все по-простому, как подобало для офиса некрупной фирмы. Стол, два кресла, компьютер, принтер и множество папок с деловыми бумагами. На рабочем кресле восседал упитанный мужчина с проплешиной на голове. Маленькие глаза, мясистый нос, толстые губы, висячие брылы. Сам маленький, квадратный, даже шеи не видно. Каково же было удивление у старика, когда Феликс сказал ему, что это тот самый Папа. Главный, значит. Только он суровым видом не внушал. Может быть его внешность обманчива. За его спиной бдели два амбала.