Утро царствует там на вершине.

В созерцании, синих глубоких лагун.

Над горой слышен крик журавлиный.

А как у вас дела в раю?

В старой книге знакомые строки.

В одной связке и радость и боль.

В этом мире от роду жестоком.

Предначертана каждому роль.

В сказке ложь только вот в чем загвоздка.

Доля правды чиста как всегда.

Хоть мала только бьёт очень хлестко.

Может ранить она мудреца.

Умерла вся как - будто культура.

Под натиском колких речей.

Кто не чувствовал стрелы амура.

Тот лишь ищет осколки камней.

И порой узнать хочется очень.

Как дела у тех кто в мир принёс.

Нам златую красавицу осень.

Под покровом общественных гроз.

Каждый гений ушедшей эпохи.

Верен памяти словно ружью.

В современной поэзии похоть.

Лишь близка озорному хамью.

Умерла вся как - будто культура.

Что осталось жива средь молвы.

Для мастера пуля лишь дура.

А для нас на сердце драные швы.

В старой книге знакомые строки.

Каждый гений как воин в строю.

Спросить у вас я хочу эпилогом.

О чем вы пишите сидя в раю?

Вопрос вечности.

В какой стране проснусь я по утру?

Что мне сказать, девчонке первой встречной?

С каких дорог я новый путь начну.

Что б убежать, от страсти бессердечной.

Я тем и жил, спеша хотел познать.

Что в глубине души, моей творится.

Но продолжал о прошлом вспоминать.

Что б навсегда в себе одном зарыться.

Что от меня ждут названные други?

Что лишь хотят ударить посильней.

Они для всех лишь нищенские слуги.

За пазухой несут по сто камней.

И как мне быть? Ведь не кому дарить.

Свои слова, подобранные в рифму.

И у чужих нет права чтоб любить.

И на счету, лишь нолики от цифр.

В какой стране проснусь я по утру?

Что мне сказать девчонке первой встречной?

Чем залатать в душе моей дыру?

Что мне забыть? О чем привык я вспоминать.

Гений.

Суждено ли прожить хоть немного?

Для того чтобы подвиг свершить.

Убежав от презрения людского.

Выиграв право на то чтобы жить.

Грязь прилипшая к стертой подошве.

Чище слов слепо брошенных в лик.

Рана драная на гладкой коже.

Так похожа на мой черновик.

Сколько в этом придумано мире.

Тайных образов жалких стихов.

В этой старой забытой квартире.

Я в плену у коварных веков.

Дни проходят как белые титры.

И пейзаж зачерствел за окном.

Город мёртв, в черно - белой палитре.

Гонит ветер стальным колесом.

Ну а мне просто нету покоя.