– О-о-ох! – только и сказала Кэти Хупер, округлив огромные синие глаза.

Лицо полковника стало каменным. Молодой офицер, набрав в легкие воздуха, крикнул:

– Боже мой! Сэр! Получилось!

Будучи научным сотрудником, мобилизованным в армию, а не строевым офицером, лейтенант Хансон совершенно забыл о субординации. Прежде чем войти в кабинет, он не постучал. И он… Он…

– МИСТЕР! – взревел полковник Поллард. – ГДЕ ВАШИ БРЮКИ?

Брюками лейтенант не располагал. А также туфлями и носками. И рваные полы рубашки едва прикрывали изодранные в клочья трусы. Посмотрев на свои голые конечности, лейтенант вздрогнул.

– Мои брюки… их съели! – выпалил он. – Именно это я и хотел вам сказать. В приемной сидит старик, ему около восьмидесяти… он… он мастер на фабрике, собирает часы с кукушкой. Он изобрел абсолютное оружие! И оно действует, действует, действует! «Гнурры лезут изо всех щелей»! – пропел он, хлопая в ладоши.

Полковник Поллард встал, обошел вокруг стола и как следует встряхнул лейтенанта Хансона.

– Позор! – крикнул он ему в ухо. – Отвернитесь! – скомандовал он покрасневшей Кэти Купер. – Чушь! – рявкнул он, когда лейтенант снова залепетал о гнуррах.

– Что есть чушь, зольдатик? – осведомился стоявший в дверях Папа Шиммельхорн.

– Гнурры – чушь! – хихикнул лейтенант и, указав дрожащей рукой на полковника, добавил: – Это он так считает.

– Хо! – Папа Шиммельхорн сверкнул глазами. – Я показать тебе, зольдатик!

Конец ознакомительного фрагмента.