– Эм… э-э… и что угодно вашей светлости? – крепкого вида зрелый мужчина, одетый в облегающего вида костюм, словно заворожённый следил за положением слитка в пространстве. Из-за прошедших тридцать лет назад реформ в денежной политике, приведших к замене золотых и прочих монет на бумажные деньги с магической защитой, золото использовалось в расчётах крайне редко. Но по той же причине оно до сих пор являлось наиболее желаемой формой расчёта для продавцов элитного снаряжения.

– Вот на неё всё что в ваших силах: доспехи, обувь, аксессуары или амулеты. Только лучшие образцы! В деньгах нет проблем и ещё мы спешим, - во второй бронированной руке появилась точная копия первого слитка, и продавец окончательно «сломался».

– Господин! Господин Хавьер, у нас важный клиент! – ничуть не стесняясь кричать в амулет на шее у всех на глазах, помощник позвал своего непосредственного начальника, и понеслось. Тотчас им отвели отдельный угол для примерки, слуги магазина целым караваном сновали от складских помещений в зал, таская дорого выглядевшие даже на первый взгляд ларцы – защищённые магией хранилища. Не всё здесь было новоделом – некоторые образцы из особо ценной кожи редких тварей не получалось продать и по двадцать лет! Но ещё больше молва удивления прокатилась, когда Азраил вышел из своей брони, прошёл, никого не чураясь, прямо в примерочную, и, выгнав оттуда всех служанок, провёл какие-то странные манипуляции с магией, после которых сопровождавшая его должница жизни преобразилась до неузнаваемости.

Когда служанки вновь вернулись к работе, и примерка наконец была закончена полностью, вместо седой, сморщившейся от усталости женщины из-за ширм вышла молодая красивая девушка с обалдевшими глазами и совершенно потерянным видом в плотном, подогнанном по идеальной фигуре легчайшем доспехе. Подхватив все подготовленные защитные дорожные артефакты и упакованную одежду с наложенной магией, Азраил молча вручил управляющему магазином оба золотых слитка и вышел вместе с молодой женщиной в артефактном походном костюме на улицу.

Проведя примерно такое же представление в лавке укротителей и скупив самые ценные образцы оборудования и вспомогательных средств, лорд разрушения в сопровождении своей помощницы уже через пару часов вышел сквозь те же ворота, через которые и попал внутрь перед этим. На спине его покоился весьма внушительный короб, также являвшийся артефактом с защитными свойствами, внутри которого лежало в закреплённом виде тонкое оборудование и реагенты.

В небе по ту сторону гигантской стены (толщина которой превышала аж двенадцать метров! От кого, интересно, она должна защищать?) всё так же кружили огромные грифы со своими седоками, а метрах в ста пятидесяти с той и другой стороны от его змея, по дороге стояли военизированные посты, никого не подпускающие к Горынычу. Похоже, сдвинуть его никто и не думал пытаться, а простым людом рисковать попросту не решились и перекрыли дорогу. Благо, его самого пустили без разговоров, ибо о владельце опасного трёхголового монстра охрана знала всё, что нужно, и перепутать с кем-то другим возможности не имела. Как-то задерживать или препятствовать отлёту гостя у них также приказа не было. А потому, с облегчением проводив взглядом взлетевшего зверя с двумя пассажирами на своих шеях, люди наконец разошлись, снимая блокаду дороги.

Наконец одной проблемой меньше! Ибо, как оказалось чуть позже, у империи их и без того привалило.

– Господин…! Я… как я…? А долго…? – Марана пыталась заговорить с Азраилом, задав мучавший её весь обратный полёт вопрос, но не решалась. Услышать ответ ей и хотелось просто до безумия, но в то же время было и до жути страшно.

– Тридцать лет минимум, - ответил он, потеряв терпение окончательно. Азраил понимал подобную женскую нерешительность в сложившейся ситуации, но всё же не особо её любил.

– Что?

– Ну... то есть зим, если по-вашему. Тридцать зим продлится твоя новая молодость. Потом либо ускоренное старение, либо я вновь напитаю твоё тело своей магией.

Да, он решил вернуть ей молодость, потратив два малых сгустка энергии. Не из чувств физиологического характера, и не из-за обострения благородного альтруизма, а исходя из своей собственной логики. Пользы от этой женщины будет куда больше, обладай та своей максимальной силой, и здоровьем, а потому не было смысла на ней экономить. В конце концов, она ведь теперь принадлежит ему? То есть и потратился он на самого себя.

– Понятно… Спасибо вам, господин! – такой ответ Марану вознёс буквально на небеса, мгновенно смыв все прошлые переживания. Скорый их побег из столицы стал каким-то малозначительным на этом фоне, а предстоящее путешествие перестало казаться безумием самоубийц. Слишком её господин был силён!

– Не благодари раньше времени! Всё равно отработаешь все мои в тебя инвестиции…. Хм… а это уже интересно…!

– Что-то случилось?

– Взгляни, - активировав тактическую голограмму, Азраил ретранслировал картинку со своей камеры в пространство пред ними. Там внизу, у самого горизонта во вспышках магии и в всполохах огня во все стороны от горы с переходом на перекрёсток миров двигались стройные ряды чёрных фигур всевозможной нежити. Небольшая деревенька, что была превращена торговцами в склады продовольствия и товаров для экспедиций к перекрёстку миров, уже была полностью уничтожена, а волна нежити всё продолжала и продолжала идти сквозь врата перехода.

Жидкие остатки прежних немалых сил недавнего лагеря корпуса и наёмников, по большей части в беспорядке бежали, а кое-кто и вовсе был в окружении. В основном вспышки магии сверкали именно в подобных котлах – маги до сих пор пытались продать себя подороже.

Наконец и до Азраила с Мараной докатилась волна неведомой нежити в виде крылатых костяных тварей с крыльями на тонких белых перепонках, с головами как у обезьян и хвостами, сочащимися чёрным ядом с полых костяных игл на их кончиках.