После моих слов совершенно неожиданно Эмми обняла меня. Сначала я чувствовала себя странно, но потом, не сразу, мне стало очень приятно. По какой-то причине я чувствовала некое родство к ней, хоть мы практически друг друга не знали. Я подняла руку и стала поглаживать ее по волосам.

— Со стороны дяди — это крутой поступок попросить тебя помочь мне, — сказала Эмми, отстраняясь от меня.

— Он тебя очень любит, — сказала я.

— Я знаю, — ее голос звучал печально. — Последнее время у нас испортились отношения. Раньше у нас все было отлично, даже после смерти мамы, но сейчас… Не знаю. Я постоянно раздражаюсь и все подобное.

— В этом нет ничего странного. Все дело в гормонах. Порой ты сходишь с ума, но со временем все успокоится.

— И мне кажется, он думает, что я еще ребенок, но это не так, — ответила она. — Мне тринадцать, а не три. Мне нужно личное пространство. А он постоянно находится рядом со мной. Мне порой хочется побыть одной. Ты ведь понимаешь?

— Если хочешь, я могу поговорить с ним.

Она подняла голову и закивала.

— Да. Он тебя послушает.

— М-м-м-м. Я не была бы столь уверенной, — ответила я.

— Смеешься? Ты вытолкала его из моей комнаты! Поверь мне, тебя дядя послушает, а он мало к кому прислушивается.

— Буду иметь в виду, — шутливо сказала я.

— Он крутой. Иногда, — сказала Эмми и продолжила идти. — Они с мамой были очень близки. Ты знала, что они были близнецами?

— Нет, — ответила я.

— Когда они были маленькими, их папа постоянно пропадал на работе и не часто бывал рядом, а моя бабушка много путешествовала. Поэтому они могли рассчитывать только друг на друга. По крайне мере, так говорила моя мама.

Я слушала с большим интересом, надеясь лучше понять Райана.

— Еще дедушка был очень строгим. Он часто на них кричал, если дядя с мамой плохо учились. Если они не достаточно старались, им не разрешалось играть с друзьями. Думаю, именно поэтому моя мама сбежала.

— Сбежала? — спросила я.

— Да, всего на несколько дней. По идее я не должна про это знать, но однажды подслушала, как бабушка об этом говорила. Она сказала, что моя мама «бунтовала». Это странно, не могу ее представить такой, — Эмми обернулась и улыбнулась. — Ну, когда моя мама умерла, я перебирала коробку старых фотографий и нашла фотку, где ей было семнадцать. У нее был большой фиолетовый ирокез и булавка в ухе. Она была панком. Если бы ты ее увидела, ни за что бы не догадалась.

Эмми рассмеялась.

— Знаешь, у дяди были обесцвеченные волосы и серьга в ухе. Мама показывала мне фотографию с их выпускного. Он выглядел так отстойно, — она опять рассмеялась.

— Да ладно, — заговорщически сказала я. Вот я и узнала что-то новое о Райане.

— Я могу еще кое-что рассказать тебе, но ты не должна никому рассказывать. Был большой скандал.

После ее слов я повернулась.

— Обещаю.

— Ты слышала, что он был обручен? — спросила она.

— Нет. Правда?

Эмми кивнула.

— Ее звали Саша. Она мне не особо нравилась. Она казалась странной. У нее были короткие красные волосы и пронзительные зеленые глаза. Неважно, в общем, она работала с дядей, из-за нее он сильно поссорился с дедушкой. Мой дед сказал что-то вроде того, что «нельзя гадить, где ты ешь». Я не очень поняла эту фразу, но он очень разочаровался в Райане. Дед говорил о том, что зря доверил ему свою компанию, раз он не может вести себя правильно, — пока Эмми рассказывала, она наклонилась ко мне ближе. Мне было очень интересно. — А потом, его невеста изменила ему с одним парнем, который тоже работал с Райаном — он наш кузен, но теперь с ним никто из нас не разговаривает, но это еще не все, Саша и наш кузен увели одну сделку дяди и открыли собственную компанию. Это была катастрофа, и мама говорила, что после этого Райан сильно изменился. Его невеста разбила ему сердце и предала.

— Неужели? — сказала я. Как интересно. Это действительно любопытно и позволило мне лучше узнать Райана.

ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ВОСЬМАЯ

Райан

— Ну что? — Райан поднялся со скамейки, на которой провел почти целый час. — Успешно? — спросил он, рассматривая пакеты, которые несла Эмми.

Дорис кивнула.

— Думаю, мы купили все, что хотели, — она повернулась к Эмми и улыбнулась, девочка улыбнулась в ответ.

Было так здорово видеть, что Эмми улыбается. Она давно так не делала. Возможно, именно этого ей не хватало — женской энергии, а не его постоянного присутствия. Кроме того, похоже, Дорис нашла подход к Эмми. Было в ней что-то яркое и свежее, что-то глупое, что заставляло его улыбаться. Боже, она даже заставляла его смеяться.

— Что ж, раз вы закончили, значит, нам пора? Мне еще нужно отвезти Дорис к ее машине, — он посмотрел на Эмми и заметил, как ее улыбка померкла.

— Может, мы можем еще куда-нибудь пойти? — неожиданно спросила она.

— Куда? — он посмотрел на часы. — Завтра в школу.

— Райан, мне уже не шесть лет. Мне не нужно быть в кровати в семь вечера.

Райан глянул на Дорис, которая слегка кивнула.

— Ну, ладно, если только ненадолго. Уверен, что Дорис не хочет проводить весь вечер с нами…