А мы остались сидеть за столом. Неловко как-то стало. Да и Саня задумался надолго.

4

Прошло довольно много времени пока у дверей раздалось заморенное пыхтение, и внутрь ввалился Серго. С охапкой старых матрасов, подушек и еще чего-то свернутого в рулон. Одеял, наверное.

Алабар кинулся ему помогать, и вовремя – все скомканное в охапку барахло выпало, и смотритель чуть не упал на собранную кучу. Не удержал он и две небольших тетради, которые тоже упали и проскользили по полу точно к Саниным ногам.

– Почему не сказал, что ты за матрасами пошел?
– вскочил лекарь.

Серго повиснув на руках у дракона, отдувался:

– Так ты ж лэр. Разве можно?

– Издеваешься?
– Саня поднял и положил на стол записи, и принялся растаскивать матрасы. Мы с Машкой переглянулись и тоже подхватились ему помогать. А то ещё выберет себе самое лучшее. Матрас потолще, подушку побольше и одеяло пошире. Будет обидно.

– А откуда у вас это добро?
– вдруг спросил Машка, разворачивая тюк с одеялом.
– Маяк же не военный гарнизон.

– Положено, - со значением ответил старик.
– Вдруг кораблекрушение какое. Спасать команду надо будет. По разнарядке на маяке должно быть десять комплектов? Значит, вынь да положь.

Машка хохотнул:

– Ну, тогда по адресу. Пусть и не «корабле», но «крушение» точно.

А мне в очередной, в сотый наверно, раз было интересно где «вольный страж»? Опять куда-то удрал? И в очередной раз без предупреждения. Серго, кстати, отнесся к хануру равнодушно. Ну, зверёк, ну смышленый, мало ли на свете всякого сообразительного зверья. Тем более, что Бродяга пару раз грозно рыкнув на нахальные поползновения обнюхаться со стороны мелкого умника, успокоился и внимание на Пончика больше не обращал.

Когда постельные принадлежности были благополучно пристроены по удобным местам, я вдруг понял, насколько все-таки вымотался. За неделю вынужденного безделья на шхуне ноги совсем ослабли. Даже несмотря на то, что Саня при любом удобном случае пытался заставить меня двигаться, водил по палубе туда-сюда, что вызывало колкие шуточки команды и насмешки вредной девчонки-капитана. Потому я по большей части валялся или сидел с учебниками, благо теперь у меня их целых три.

Правда, как обычно, с артефактами был полный облом. Зачаровывать предметы у меня получалось плохо, заклинания держались от силы полдня, и таяли, паразиты, прямо на глазах. Наверно, все же я где-то надорвался или переусердствовал, и моя личная магия восстанавливалась медленно.

Зато на активацию третьего гномьего клинка хватило одного импульса. Но поначалу я даже испугался. Вроде, позвал металл как надо, можно сказать вежливо попросил, а это ржавое «сокровище» молчит. И что делать? Мы же только из-за него в такое… историю вляпались.

Молчал он долго. В каюте как раз собрались все «участники боевых действий». А он себе лежит и ничего с ним не происходит. Я тогда не выдержал: «Зараза, в чем проблема?» Но мой клинок отвечать не стал, просто вскоре я почувствовал, как третий слегка завибрировал. И что? А ничего. Дело на этом и закончилось. Третий клинок просто тихонечко изменился, слабо засветился фиолетовыми нитями и этим ограничился. Алабар по моей просьбе взял оружие в руки, и через пару мгновений по клинку, искря и шипя, как будто прошлась тонкая раскаленная игла. Лезвие стало похожим на черную кружевную ленту с острым концом и черной рукояткой. Получилась совершенно несерьезная с виду безделушка, и дракон уставился на меня с недоумением. Нет, а я-то тут причем?

Внезапно Алабар подпрыгнул. От неожиданности, как выяснилось.

Просто, если наши с Машкой клинки подстраивались к нам довольно долго, то подстройка третьего к дракону получилась мгновенной. И Алабаровский клинок бесцеремонно оповестил хозяина: «Меня зовут Бача. Если что обращайся».

«Нет, вы посмотрите на этого… бездельника! Нет, вы посм…» - начал разоряться Зараза.

«А что с ним не так?»

«Да всё с ним так! Тунеядец он!» - возмутился мой клинок.

Как выяснилось значительно позже, то да – третий лодырь. Но Алабар все равно был рад, а на подозрительный Машкин вопрос: «Почему он тебя признал? Ты же клятву не давал», дракон даже обиделся: «Как это?! А в портал я, по-твоему, вошел из любопытства? Ты считаешь мне заняться было нечем? Я давал клятву. Не лично Тишану, но гномам!»

К слову, случилось это дня два назад, а еще через два дня после, мы благополучно дошли до Россы и нас с огромным облегчением усадили в шлюпку, и под покровом ночного тумана шустро высадили недалеко от Россы, поплевав напоследок через левое плечо. Наверно, чтоб такую удачу не сглазить .

Спать мы улеглись быстро, каждый согласно присмотренному местечку.

Серго убрал со стола и пошел наверх проверять маячный фонарь. Вернулся Пончик и тут же примостился под Алабаровский бок. А Саня, соорудив себе ложе наподобие кресла-лежанки, раскрыл одну из тетрадей, притушил огонек масляной лампы и поставил ее на пол рядом с собой. Я же, стоило мне коснуться ухом подушки, провалился в сон, в котором меня еще качали морские волны, и слышался скрип поворачиваемых рей.

1

– Разрешите, Ваше Величество?

– Заходи. Давно тебя жду.

Его Величество сидело за большим столом, обитым красным сукном.

Голова Калина Первого еле выглядывала из-за навалов разного рода папок, книг, больших и маленьких свитков, показывая вошедшему только тронутую легкой лысиной макушку.

– Сделал, что я просил?
– устало потер лицо король, когда крупный, грузный мужчина остановился напротив стола и поклонился.

– Да. Как вы и предполагали, караульные третьей смены преданы лэру Лорану.