Найдя это замечание крайне забавным, Трент и Руби от души рассмеялись.

– Речь идет о летних сборах, – объяснила Руби. – Разве я вам не говорила, что Трент – профессиональный футболист?

– Кажется, нет, – смущенно ответила Рэна, расправляя салфетку на коленях.

– Так вот, Трент играет в команде «Хьюстонские мустанги», – гордо заявила Руби, кладя худенькую руку на мускулистое плечо племянника. – Он самый главный игрок в команде.

– Понятно.

– А вы не любите футбол, мисс Рэмси? – поинтересовался Трент. Его слегка раздражало, что на Рэну сообщение тети не произвело ни малейшего впечатления. Между прочим, некоторые спортивные критики называли Трента чуть ли не лучшим защитником в профессиональном футболе, ставя его в один ряд с такими звездами, как Старр и Стобах.

– Я в этой игре почти совсем не разбираюсь, мистер Гемблин. Но сейчас я, конечно, знаю о футболе больше, чем минуту назад.

– То есть?

– Теперь, например, я в курсе, что футболисты ездят в летний лагерь на сборы.

На лице Трента расцвела довольная улыбка. У мисс Рэмси определенно есть чувство юмора, что может значительно облегчить его дальнейшее пребывание в этом доме. Кроме того, Трент с трудом припоминал, когда в последний раз его ужин проходил в такой приятной и расслабляющей обстановке. Ему не надо было стараться произвести благоприятное впечатление на тетю Руби – она и так от него в восторге. Что касается мисс здесь также не требовалось – Трент был уверен, что любой оказанный ей знак внимания не останется незамеченным.

Впервые за многие годы расслабиться и быть самим собой в чисто женской компании – такое ему удавалось нечасто.

– Как твое плечо, Трент? – обеспокоенно спросила Руби и поспешила объяснить мисс Рэмси:

– Понимаете, он получил травму и отказывается лечиться. У него вывих плеча.

– Не вывих, тетушка. Растяжение.

– Ну хорошо, растяжение так растяжение. Доктор прописал ему покой, велел уехать подальше, оставить привычный круг общения, воздержаться от каких бы то ни было бурных развлечений. Необходимо, чтобы плечо зажило к поездке на сборы. Правильно я говорю, дорогой?

– Правильно, тетушка.

– И сильно болит? – вежливо поинтересовалась Рэна.

Трент пожал плечами:

– Да, иногда. Особенно когда перенапрягаюсь.

– Это чертово плечо никак не заживает, – жаловался ему Трент. – А я должен быть в отличной форме к поездке на сборы!

Кусая губы от досады, он вновь и вновь возвращался к одной грустной мысли: если в этом сезоне он будет играть так же, как в предыдущем, тренер начнет искать ему замену.

Обманывать самого себя Трент не любил, да и не умел. Ему уже стукнуло тридцать четыре. В этом возрасте из профессионального футбола уходят. Как хотелось отыграть еще один хороший – нет, отличный – сезон! Трент не желал покидать команду опустив голову, под перешептывания товарищей: «Он уже выдохся, но просто не может с этим смириться». В глубине души он был уверен, что есть еще порох в пороховницах. Нет, он приведет в порядок плечо и покинет большой спорт в лучах славы. Только так, и никак иначе.

– Больше не приходи ко мне с жалобами, – строго сказал тогда доктор. – Том Тэнди рассказал мне, что плечо ты потянул, играя в теннис. В теннис, черт побери! Ты что, с ума сошел?

Вздрогнув от боли, когда доктор ощупывал плечевые мускулы, Трент попытался оправдаться:

– Мне было необходимо поработать над подачей.

– Знаю я, над какой подачей тебе надо было поработать. Том также довел до моего сведения, как ты обрабатывал клубного тренера, женщину. И отнюдь не на теннисном корте.

– Хорошие же у меня друзья!

– Они тут ни при чем, это твоя вина. Послушай, дружище, – сказал доктор, подвигаясь поближе, – твое плечо никогда не придет в норму, если ты будешь вести подобный образ жизни. Согласен – сейчас межсезонье и ты заслужил право покутить. Но ты должен решить, что для тебя важнее – следующий сезон или та нескончаемая холостяцкая вечеринка, на которую стала похожа твоя жизнь. Кем ты хочешь быть: защитником команды – обладательницы Кубка кубков или просто бабником?