Марку стало ясно, что это место вовсе не судоходное, и нормальный капитан обойдёт этот участок десятой дорогой.

Когда они спустились вниз, отлив ещё не закончился, и воды было чуть больше. Но, несмотря на это, в сети запутались шесть остроносых скумбрий, одна рыба чем-то напоминающая карпа, но намного более цветастая. Они сложили это в один мешок, и Марк показал Ольге выемки, где после окончания отлива можно было кого-то поймать. И даже поймал там камбалу, но поменьше, чем вчерашнюю.

Ольга унесла рыбу, а Марк перебрался через проток и вышел на другую сторону острова.

Тут картина была совершенно другой. Никаких кос, создающих бухту, тут не было. Но центр мысом выступал в море. Большие голые камни продолжали скалу почти до самой воды. И за ними ничего видно не было. Только чайки. Метров пять шириной, по берегу, перед каменным массивом лежащих на берегу высоких валунов, шла дорожка мокрой мелкой гальки.

Марк, спустился с камней, решив, что единственная возможность обойти остров до прилива, это идти по самому берегу. Быстро двигаться по высоким и гладким камням он не сможет.

Он прошёл по берегу совсем чуть-чуть, когда на пустом кусочке пляжа, окруженного камнями, он увидел их.

Их было четверо. Они лежали на чём-то очень длинном, напоминавшем надувной матрас, а рядом стояла бочка. На них были знакомые Марку спасательные жилеты.

– Эй! Есть кто живой?

Огромный мужик, лежавший ближе всех к воде, со странными татуировками на помятой коже рук, пошевелился и повернул голову к Марку.

Марк опять увидел вместо нормального лица, сильно потрескавшиеся губы и маску зомби.

– Привет. С приплытием. Лежим, никого не трогаем, спокойно помираем?

– Типа того. А ты кто? Местный?

– Типа того. Когда приплыли?

– Ночью.

– Самолётом? Рейс Нью-Йорк – Гонолулу?

– Да.

– Кто плыл на бочке?

– Лежала здесь. Но в ней не вода, а керосин.

Марк качнул бочку. Она была практически пустой. Хлюпало на дне.

– Идти можете?

– Ещё не знаю.

– Уже хорошо.

– Чего хорошего?

– Если бы знал, что не можешь, было бы хуже. А так, есть надежда.

Пока они беседовали с этим большим мужиком, Остальные трое заворочались. Это были две женщины, одна в ярком платье, вторая была в серых обтягивающих брюках.

Потрескавшиеся губы и иссушённые лица, помятая кожа – были у всех. Выше всех лежал долговязый молодой парень, лет двадцати двух – двадцати пяти. Он старался, но никак не мог повернуться.

– Ну, значит добро пожаловать. Спускайтесь в воду и плот свой спускайте. Я вас подвезу.

– Куда?

– Туда, где есть вода. Пресная вода.

Мужик встал. В нем было метра два и на груди, из-под расстёгнутой рубашки было видно огромное выколотое распятие.

– Если до воды я и сам дойду.

– Как зовут то?

– Иван.

– Меня Марк. Ваня ты дойдёшь, а твои спутники?

Спутники Вани сделали попытку встать, но не смогли.

– Мы четверо суток в воде провели. – Сказал Иван – Это аварийный трап. Слава Богу, его оторвало. Но он надутый только по бокам. Сидели по шею в воде. Зато акул не боялись. Тут нас к камням и прибило. Это я их ночью наверх затолкал.

– Ну, давай их как-то спустим, вместе с трапом и прямо на нём и потащим.

– Далеко.

– Метров пятьдесят шестьдесят.

Женщина в брюках интенсивно разминала ноги и руки.

– Я сама спущусь.

А парня и молодую женщину пришлось спускать.

Потом Марк с Иваном потащили плот туда, откуда Марк и пришёл. Осмотр обратной части острова откладывался.

Марк тащил этот надувной плот не туда, где он сам вытаскивал чемоданы, а дальше на пляж, где лежала Виктория, и где берег был пологий.

– ОЛЯ!!! ОЛЯ!!! – Ольга была занята костром и не сразу обратила внимание на происходящее внизу. – Принеси, пожалуйста, воды!

Ольга принесла воды, и бегло оглядев прибывших, побежала к костру. Новоприбывшие напились.

Женщины и парень развалились на песке и не двигались, а Иван с Марком отсели чуть в сторону.

– Так вы тоже с нашего самолёта? – спросил Иван.

– Да. Я с дочерью уже пару дней, а Виктория – она инвалид колясочник, сутки.

– Живые консервы?

– Ваня! Побойся Бога. У тебя же крест на груди.