— Позвольте мне поговорить с дядей Джеромом, — внезапно проговорила она. — Он наверняка знает, что делать.

— И я знаю, что делать, — звонить в полицию.

— Пожалуйста! — Она схватила меня за руку, не сводя с меня своих огромных глаз. — Пожалуйста, Дэнни! Мне нужен всего лишь час. Всего лишь час, чтобы поговорить с дядей Джеромом, и потом, если хотите, звоните в полицию!

— Ну... — Эти проклятые глаза просто гипнотизировали меня. — Хорошо. Но я просто сошел с ума.

— Спасибо! — Она вскочила с дивана и поцеловала меня быстро, но крепко. — Всего час! — повторила она и, схватив сумочку с дивана, бросилась к двери. Но внезапно остановилась на полпути и обернулась ко мне:

— Я совсем забыла — а ключ?

— Я положил его в вашу сумочку.

— Спасибо, Дэнни!

И она исчезла в вихре черных кружев.

После ее ухода я без особой охоты принялся за уборку квартиры, но на душе у меня было неспокойно. Тошнота каждый раз подкатывала к горлу, когда я вспоминал дядю Джо и его ванную, так что о завтраке не могло быть и речи, но я все-таки открыл еще один апельсиновый сок и прекрасно справился с ним, плеснув для верности приличную дозу джина. Найденные в спальне часы сообщили, что уже четверть двенадцатого. А без пяти двенадцать, когда я начал размышлять, не была ли она вообще плодом моего воображения, звякнул дверной звонок.

— Вы как раз...

Слова замерли у меня в горле, лишь только я открыл дверь: мой посетитель не был окутан черными кружевами. Он скорее напоминал профессионального могильщика в черной униформе, фуражке и крагах.

Это был здоровенный парень со смуглым лицом и маленькими глазками, в которых светилась ненависть ко всему миру в целом и ко мне в частности.

— Бойд? — кратко поинтересовался он.

— Да.

— Мистер Лэнсинг желает вас видеть, — буркнул он. — Внизу ждет машина.

— Не знаю никакого Лэнсинга, — недоуменно ответил я.

— Он велел передать, что это связано с дядей Джо. — Он нетерпеливо пожал плечами. — Мистер Лэнсинг не любит, когда его заставляют ждать.

Мы вместе спустились на лифте. Всегда алчные глаза привратника посмотрели на меня с неожиданным уважением, когда шофер открыл дверцу и я уселся на заднее сиденье новенького черного «континенталя». «Могильщик» вел машину с профессиональной надменностью, и уже через четверть часа мы остановились около элегантного жилого дома на Саттон-Плейс. Здесь он снова открыл мне дверцу и сказал, чтобы я поднимался в пентхаус.

Дверь открыл лакей. Я сообщил, что мое имя Бойд, и он пригласил меня войти. Пентхаус поразил мое воображение, но я был поражен еще сильнее, когда кто-то приставил пистолет к моему позвоночнику.

— Спокойно, руки в стороны, — приказал голос сзади.

Я подчинился; лакей, обыскав меня опытной рукой, дал зеленый свет. Тут же передо мной появился охранник с пистолетом, который, вероятно, я только что ощущал спиной. Невысокого роста, с легкой походкой танцора, лицом он напоминал беспутного херувима. Думаю, ему было лет тридцать. Одет в дорогую спортивную одежду, явно из коллекции модного журнала. Портрет дополняли волосы цвета спелой соломы и по-детски голубые глаза.

— Бойд? — Он произнес мое имя как оскорбление.

Потом с отвращением добавил:

— Джером, кажется, совсем выжил из ума!

Он внезапно потерял ко мне всякий интерес, убрал пистолет и исчез в одной из дверей на левой стороне роскошного холла.

— Мистер Лэнсинг на террасе, сэр, — вежливо, как ни в чем не бывало сообщил лакей. — Пожалуйста, следуйте за мной.

Терраса напоминала небольшой парк; кто-то не пожалел ни денег, ни времени, чтобы превратить ее в райский сад. Маленькие деревца и, цветущие кустарники в два ряда окаймляли стены с узкими отверстиями, сквозь которые открывались роскошные виды на Ист-Ривер. Остальное пространство террасы занимала безупречная лужайка, в центре находился венецианский фонтан, шелестевший ласковым каскадом прохладной воды. Под широким полосатым тентом на ложе, напоминающем кровать на колесиках, растянулся мужчина. Когда лакей произнес мое имя, он встал и не торопясь направился ко мне.

Хозяин пентхауса был на пару дюймов выше меня и весил пару сотен фунтов, из которых совсем незначительная часть была жиром. Густые черные волосы слегка тронуты сединой, так же как и пышные усы.

На нем были лишь боксерские шорты, как будто он только что купался в своем фонтане, и тем не менее он выглядел достаточно представительно.

— Мистер Бойд, — заговорил он скороговоркой, — рад, что вы пришли.

— У меня с собой не оказалось пистолета, — вместо ответа произнес я. — Кажется, это здорово разочаровало помощника вашего лакея.

В его улыбке не было и намека на извинение.

— Всего лишь формальная предосторожность, мистер Бойд. Я — Джером Лэнсинг. Являюсь опекуном Лючии.

— Лючии? — переспросил я.

Его кустистые брови поднялись в изумлении.

— Она не назвала вам своего имени?

— Она упоминала только имена своих дядей. Дядя Джером, дядя Джо; должен признать, вы в гораздо лучшей форме, чем дядя Джо.

— Я думаю, нам лучше поговорить внутри, — живо произнес Лэнсинг.

Он взял меня под руку и провел в гостиную, прямо к роскошному бару, расположенному в углу. Я сел на один из табуретов, а он, зайдя с другой стороны бара, взял на себя роль бармена.