– Воздух, воздух. Проворчал сержант нквэдешник.

– Танки это, очевидно через соседей прорвались, ну теперь до станции бы успеть.

Мы успели. Паровоз был под парами, раздался его тревожный гудок.

Где то невдалеке, слышались разрывы.

– Куда мы их, все полно? Послышался женский голос.

– Так что их, немцам оставлять, грозно проговорил в ответ нкведешник.

– Петровна, ты чего?

– Давай в перевязочный, – раздался чей то басовитый голос. Меня понесли.

– А вы куда, молодой человек?

– Я сопровождающий, у меня документ есть, за этого раненного я головой отвечаю.

Вновь, проревел сержант.

– А как же я, у меня в машине, весь бензин пропал при обстреле, бензобак пробили.

Я не поверил, это был Лёша. Так вот, кто нас вез.

– Сержант! Позвал я. Нкведешник, помогавший затащить меня в вагон, склонился.

– Тот водитель, что нас вез, мой ординарец, Федорчук его фамилия, можешь проверить.

– Так вот, впиши его в сопроводиловку, пусть едет с нами, я же забуду про твои художества.

Сержант хмыкнул и прокричал. – Федорчук ко мне, – и добавил, это со мной.

Меня понесли дальше по вагону, судя по всему, это был раньше вагон ресторан.

Поезд тронулся, набирая ход, и я провалился в сон. Не знаю сколько я проспал, но чувствовал себя немного получше. Слышались стоны . Кто то всхлипывая, просил, – доктор, а может не надо руку того, как же я без неё, я же плотник.

– Лежите спокойно молодой человек, у вас развилась гангрена. – Петровна маску.

Я закрыл глаза, постараюсь вновь уснуть, чтобы отрешиться от происходящего, но не смог. Через некоторое время простыня, перегораживавшая операционную откинулась. Надомной склонилась коренастая фигура, лицо которой, было скрыто марлевой повязкой.

Лежал я на полу, хоть и на матрасе.

– Петровна, что у нас там?

Петровна, совсем молоденькая медсестра, начала зачитывать из тетрадки.

– Капитан Кропоткин В. В. – танкист, общая контузия, легкое ранение в голову, ушиб грудной клетки, вероятность перелома двух ребер.

– Понятно, следующий.

Бровкин И. А. – ранение в бедро, осколок извлечен, ожег обеих рук, танкист.

Дальше, я уж не слушал, Бровкин, жив хоть и ранен и его БТ выходит сожгли.

Впрочем много ли, его легкой броне надо.

Хирург уже осматривал последнего, и сказал. – Этого на перевязку, я на обход.

Двери скрипнули, и из тамбура послышался басок, – товарищи это что же вы тут устроили.

– Да так, перекусываем.

– А пьете зачем?

– Так то, на радостях.

Это был голос Федорчука .
– Командир мой жив оказывается , вот товарищ сержант сказал, что он тут у вас, только раненый.

– Смотрите у меня, будете бузить, выставлю.

– А можно, я его проведаю.

– Куда? Окрик врача. – Там операционная, вход только в халатах.

– Доктор вот, возьмите.

– Что это?

– Тушенка, правда немецкая, трофейная, ох и много мы их гадов побили.

– Отдайте там, сестричке, – сказал врач.

– Вот и повод, туда пройти, – обрадовался Леха. – Где он здесь?

– Товарищ, вам сюда нельзя. Сердитая медсестра, закончив бинтовать плечо раненому, набросилась на вошедшего .

– Так доктор разрешил, иди говорит передай, сестричке, вот тушенка трофейная, а это лично от меня.

– Ой карамельки.

– Они самые.

– Так где здесь, лейтенант Кропоткин лежит?

– Федорчук я здесь. – Окликнул я его, слегка приподняв голову, и тут же добавил.

И не лейтенант, а капитан.

– Идиш ты, восхитился младший сержант, несколько часов прошло, а вы из лейтенанта, капитаном стали.

– Товарищи, тише вы, тут же раненые, – возмутилась медсестра. – Сейчас Василий Федорович придет, всем попадет.

– Так вас, в звании уже повысили, – Леха был поражен. И не только, я тебе там в полку говорил, что если я хорошо спляшу, а сплясал видно хорошо, то мне от командования поощрения будут.

– Да ты не переживай, я тебя к медали представил, тот сержант, в штаб армии документы везет.

– А меня, послышался чей то слабый голос.

–Бровкин и ты тут? Удивился водитель.

– Да вот лежу, да на сестричек гляжу.

– Тебя тоже к медали, и младшего сержанта присвоили, годишься в командиры.

Я вспомнил, как торговался с особистом дивизии, вспоминая всех тех, что были со мной. Тот особенно не возражал, смотался в штаб дивизии, он был в двух шагах. Подготовил документы.