Варя же провела пальчик по фигурке, которую я даже и не заметил. Маленький мальчик, сидевший в углу и угрюмо смотревший на картину, открывающуюся перед ним.

– Захар, если кто узнает, куда я сейчас поеду, оторву тебе не только язык, но и кое-что поважнее, понял? – парень закивал как болванчик.

– Отвезешь? – уже вопрос адресованный мне.

– Да.

Глава 9.

Варвара.

Мы ехали по улицам города, и Ярослав несколько раз пытался начать разговор. Только я его не слышала. Все мысли были только о том, чтобы побыстрее увидеть маленького мальчика с глазами цвета летнего неба.

У меня до сих пор в памяти сохранилась четкая картинка, как малыш сидит, поджив под себя ноги, с откровенным страхом смотрит вперед, прямо в камеру. Он душу мне вывернул этим взглядом, заставил сердце остановиться. И я… Я не знаю, зачем сюда еду. Точнее, знаю. Заберу этого мальчика, заберу с собой от этого жестоко мира и согрею своим теплом.

Бред, да. Но, пожалуй, только сейчас я поняла, что ничего стоящего в жизни не достигла. У меня нет любимого человека, нет семьи, нет домашнего уюта. У меня ничего нет. Я даже сама себе не принадлежу. Сколько так может продолжаться? Да вечность, если не остановить это круг, если не разорвать шаблоны. Да много других «если».

Когда Ярослав остановил машину у невысокого забора, я выскочила наружу, под холодный осенний ветер, даже не застегнувшись. Бежала вперед, к темной двери детского дома. И остановилась тогда, когда коснулась деревянной ручки.

Дернув дверь, зашла в тёплое помещение и на мгновение застыла. Где-то вдалеке слышался детский надрывный плач. И ему вторил другой и третий…. Сердце в груди бешено застучало, а в глазах появились слезы. Не помню, как представила охраннику документы, и как дошла до заведующей. Только открыла дверь её светлого, пропахнувшего дешевыми духами кабинета и замерла.

Она словно и не слышала, что происходит там, буквально в паре метров от неё. Весело разговаривала по телефону и громко смеялась. Заметив меня, указала на соседний стул и быстро завершила разговор.

Оценивающим взглядом осмотрела меня с ног до головы, словно прикидывая мои финансовые способности. И видимо калькулятор в голове просчитал все правильно. Добродушная и фальшивая улыбка появилась на лице, а слащавый голос моментально привел меня в чувства.

– Зачем пожаловали? – растягивая гласные буквы, пропела женщина.

– Я хочу усыновить ребенка, - говорю четко, уверенно и твердо.

– Вы уже знаете, какого малыша ходите забрать домой.

– Да, видела ваш детский дом в дневной передачи…

– Ах, это…, - махнула рукой в мою сторону, перебивая на полуслове, - девочка уже нашла свою семью, мне жаль, так жаль.

Прижимает руки к груди и смотрит на меня без жалости и сочувствия.

– А кто говорил про девочку? Если бы вы дослушали до конца, то поняли, что говорю сейчас о мальчике.

Видимо, вот так грубо и резко с ней еще никто не разговаривал. Возможно, зря я так, но по-другому сейчас не могу. Достаю из сумки сложенный вдвое листок и подаю женщине. Она раскрывает его и внимательно смотрит на снимок.

– Я еще раз повторяю, девочку забрали и…

Тыкаю пальцем чуть выше. Вот там, в самом углу листа на снимке сидит мой мальчик, мой!

– Вы про Митю? Уверены?

– Да! – я даже готова выслушать страшную историю про родителей наркоманов и плохой генетический фон.

– Он у нас очень сложный ребенок, замкнутый и дикий. Ни с кем не играет, ни с кем не общается. Его даже волчонком называют.

– Я не буду менять своего решения, скажите, какие нужны документы.

– Вам нужно обратиться в органы опеки и попечительства, а сейчас предлагаю посмотреть на мальчика.

Она чинно встает и медленно идет к двери, выплывает в коридор, словно царица, и идет в сторону лестнице. Её не волнует ничего из того, что творится в детском доме. Она пропускает мимо ушей приветствия старших деток, которые с особым интересом смотрят на меня, не обращает внимания на то, что за дверьми буйная воспитательница громкой кричит и учит жизни какого-то пацана.

Женщина подводит меня к двери с окошком и предлагает посмотреть. Я его нахожу сразу, своего маленького мальчика, сидящего в углу комнаты. Рядом с ним нет игрушек и книжек, голова низко опущена, а маленькие пальчики перебирают небольшого медведя с одной лапой и оторванным ухом. Он только на миг поднимает голову, чтобы посмотреть в сторону играющих детей, и вновь опускает лысую макушку.

Ком в горле появился как-то неожиданно. С трудом удалось его сглотнуть и унять дрожь в руках.

– Сколько у меня есть времени на сбор документов?

– Сколько угодно, - отзывается женщина, рассматривая свой маникюр, - этого мальчика все равно никто не возьмет.

А вот и не правда, его заберу я. Я! Слышите!

Поспешно выхожу из детского дома, уже точно зная, какие документы мне нужно оформить. Хорошо, что в наше время есть круглосуточный доступ в интернет.

Ярослав ждет меня на парковке, и как только сажусь, спрашивает: