Штатский мрачно зыркнул на человеческий труп. Спросил:

– Что, не приходилось видеть подобного?

Майор покачал головой.

– Работал на заводе.
– сказал штатский глядя на мертвеца - облучился и повредился головой. Вообразил, что все вокруг не люди - монстры. Параноя. Сбежал из псих-дома, как то убедил жену. И вот на тебе - нарожал тварей.

– Генофонд, - произнес майор - мутация. И ведь оставил в живых. Людей...
– добавил - тоже он?

– Он, - кивнул штатский с кривой ухмылкой - перед вами знаменитый волжский каннибал, - как его местные кличут подкарауливал людей, убивал и похоже ел. И семью кормил.

Майор поморщился. Потом сделал шаг к морщинистому трупу:

– А это что?

Уродливой изувеченной клешней морщинистый прижимал к себе толстую ученическую тетрадь, страницы которой были испещрены ровными фиолетовыми строчками. Старая шариковая ручка валялась рядом.

Штатский подошел, пробежал глазами пару строчек. Изменился в лице:

– Это... оно писало? Эта тварь могла быть разумной?

Военный обернулся, посмотрел ему в глаза.

– Все может быть. Если так, представьте, что оно чувствовало? Это дневник, и последняя дата в нем - сегодняшнее число.

– По правилам мы должны отдать это экспертам.
– напомнил штатский.
– они прочтут, проанализируют, а потом проведут по этому доклад на симпозиуме. Разберут по косточкам дни этого... существа.

Майор помолчал. Потом они кивнули друг другу и военный кинул дневник в костер. Пламя быстро охватило тетрадь.

– Спи спокойно бедняга, - произнес майор.

Они повернулись и пошли к выходу из пещеры. Навстречу, сквозь свет нового дня бежала группа оперативников и экспертов в белых халатах. Они смотрели на трупы с брезгливостью и омерзением. Они явно даже не предполагали, что те могут быть разумными. И в этом своем заблуждении не знали пощады, как не знал его солдатик срочной службы, посланный в пещеру чтобы застрелить мутантов, даже если ты просили пощады.

– "Хорошо", - подумал майор - "что заблуждения бывают разные. Большие и маленькие".

Конец.