Костя задумчиво улыбнулся: чем больше он думал об Алисе, тем больше хотел не просто вновь уложить её в постель, но и проснуться рядом. И здесь это «как раньше» срабатывало на все сто — он помнил, какой она была по утрам. Помнил сонную улыбку и неумелые завтраки. Помнил разговоры ни о чём и споры после просмотренного фильма. И это общее прошлое, невзирая на все внутренние запреты, прорывалось ярким светом, вызывая щемящее чувство утраты. Когда он успел забыть, каково это — просто быть счастливым?

— Амалия, свяжись с Бариновой. Нам надо срочно поговорить. — Он щёлкнул коммутатором и приготовился ждать. Бегать от него, или нет — это личное, а сейчас следовало обсудить работу, и здесь Костя был уверен в профессионализме Алисы.

— Слушаю. — Холодный голос совершенно не вязался с образом летней девчонки, что всплыл в голове несколько минут назад. Подобравшись, Костя выпрямился в кресле, будто она могла его увидеть, и мигом перешёл на деловой тон.

— У меня сегодня встреча с Малковым по поводу обсуждения кредита на расширение нашей новой сети.

— И? — Алиса, казалось, была совершенно не заинтересована в продолжении и спросила лишь из интереса. Судя по сухому стуку клавиш, она что-то печатала, и он наверняка её отвлекал.

— Он хочет поднять проценты.

— На каком основании? — Стук стих, в голосе послышался азарт.

— Вот это я и хочу выяснить. Но так как мы теперь партнёры, думаю, будет уместно пригласить на встречу и тебя.

— Как великодушно с твоей стороны. — Алиса усмехнулась. — Хочешь нажать на него с двух сторон?

— Схватываешь на лету.

— А сам не справишься?

— Справлюсь, но вдвоём будет проще. — Костя широко улыбнулся, уже зная, что она согласится. И после того, как Алиса, вздохнув, попросила продиктовать адрес и время, мысленно пожал руку Игнату.

Ресторан «Стейк’s» на Ленинаградке мало подходил для жестких переговоров, скорее, для приятного ужина в кругу давних деловых партнёров. Приглушённый свет, ненавязчивая музыка и большой водоём в центре зала, разделённый на множество ручейков — здесь хотелось расслабиться после тяжёлого дня, а не продолжать работать. Выбор Малкова Алиса оценила, едва переступив порог, заранее настраиваясь на непростой разговор. Столик, который юрист выбрал для встречи, находился на балкончике: внизу — вода, рядом — пышный древесный фикус в кадке. Хотя Алиса опоздала всего на пару минут, оба мужчины уже ждали и поднялись при её появлении. Низкорослый, круглолицый, со слащавой улыбкой, но цепким взглядом маленьких серых глазок, Сергей Николаевич Малков не зря считался акулой даже среди водоёма, полного хищников и называемого Сбербанком.

— Алиса Евгеньевна, признаться, сюрприз вышел неожиданный, — заговорил Сергей Николаевич, когда все обменялись приветствиями. — Когда Константин Андреевич сообщил мне о том, что вы изъявили желание присутствовать, я был приятно удивлён.

— Я не могла пропустить такую важную встречу, — мило улыбнулась Алиса, и пока Малков делал заказ, бросила негодующий взгляд на Костю. Тот едва заметно пожал плечами и улыбнулся одним уголком рта.

— Советую филе миньон. — Малков говорил непринуждённо, улыбался уверенно, словно знал, что его условия уже приняты и все формальности позади. — А ещё здесь отличная кенгурятина. Вы пробовали кенгурятину, Алиса Евгеньевна?

— Доводилось, — мило улыбнулась Алиса, заказывая лосося под белым соусом.

Последующий час прошёл за непринуждённой беседой и обсуждением тех или иных достоинств кухни различных народов. Но напряжение буквально звенело в воздухе, и, когда принесли десерт, Костя подвинул к себе чашку с кофе и посмотрел на Малкова.

— Думаю, пришла пора обсудить цель нашей встречи. — Он улыбнулся, но глаза остались непроницаемо холодными.

— Так значит, вы теперь с Жаровым партнёры, — задумчиво протянул Сергей Николаевич, словно пропустив мимо ушей слова Кости.

— Да. — Алиса обратила на него спокойный взгляд. — Именно факт слияния заставил вас пересмотреть процентную ставку?

— Ну что вы! — Малков поднял пухлые ладони вверх и посмотрел на Костю. — Мы знали о готовящейся сделке, это не причина для изменения условий договора.

— Тогда в чём дело? Рейтинг надёжности холдинга — АА++, по итогам этого года есть вероятность занять верхнюю строчку, вам этого мало? — Костя впился в него взглядом, не давая отвести глаза.

— Нет, отчего же, — пожал плечами Малков, не желая так просто сдаваться. — Кредитоспособность «Русмедиа» не подвергается сомнению, но ключевая ставка Центробанка…

— Снизилась на два процента, — отрезала Алиса. Сергей Николаевич сглотнул и снисходительно улыбнулся.

— Вот именно. А это значит, что сейчас государство начнёт требовать с нас снижения ставок по ипотеке. А вы знаете, какой процент невыплат ипотечных займов?

— И вы решили покрыть риски путём увеличения процентов с тех, кто точно будет платить? — Костя опустил глаза, глядя на то, как тает мороженое на его тарелке, покрывая хрустящие вафли сливочно-клубничным соусом. А когда поднял, Малков быстро моргнул, подавив желание зажмуриться. — Вы знаете, что нам нужен кредит именно в вашем банке. Мы знаем, что вам нужно, чтобы мы взяли у вас этот кредит. Речь идёт о сотнях миллионов, выгода для обеих сторон очевидна…