– Кое-что произошло, там в склепе и на Изнанке. Я должен знать, как ты связана с этим, Вилла, – Габриэль поморщился, дотронулся до ожога-клейма. – Он назначил встречу в императорском саду во время приема. Так что завтра ты идешь со мной, и это не обсуждается! Я зайду за тобой.

– Кто он?!

Последние слова я уже прокричала ему в спину. Этот самовлюбленный кретин просто развернулся и покинул гостиную. Хлопнула входная дверь.

Если бы я была чародейкой, запустила бы в него разрядом молнии. Но пришлось довольствоваться канделябром. Только что толку? Он угодил в стену и едва не пришиб домового, когда тот телепортировался.

Невыносимо разболелась голова. Недосып и нервное напряжение навалились тяжелым грузом.

– Говорил же, зря ты его спасла, – Бени деловито подобрал канделябр, покрутил его, затем почесал оттопыренное ухо. – Одни проблемы от него. Не просто так Скупщик отметил его, он абы кого в прислужники не берет.

– Что ты сказал? – я устало потерла лоб.

Хохлик встрепенулся, большие желтые глазищи расширились. Он тюкнул канделябром об пол и тот исчез.

– Совсем забыл, у меня же там пудинг в духовке и молоко, кажется, удрало! Слышишь, воняет?!

Хлопок. И домового как не бывало.

Я сжала кулаки и едва не взвыла от досады.

Нужно было успокоиться. Еще успею во всем разобраться. Сначала сон. В лаборатории должен был остаться успокаивающий отвар. Хватит на сегодня вещих снов, упертых месмеров и истеричных домовых.

о гулях, вампирах и девицах строптивых

Нильдар. 26-й день месяца огня.

Габриэль Дрейк

После обеда весь город стоял на ушах. Колдирский фрегат бросил якорь в порту на заре. Прибытие послов и прием во дворце послужили поводом для очередного гуляния. А ведь через пару дней намечалось празднование Огненного дня – конца тепла и начала месяца жатвы, следом за которым в Нильдар придут холода.

Передо мной расступались, недовольно ворчали, дамы зажимали носы, кому-то даже потребовались нюхательные соли. Один джентльмен стал кликать патрульных, но я уже свернул в проулок и вышел на улицу Бейкер.

Хозяин бакалейной лавки – мужчина высокий как шпала и такой же худой – сидел на улице под зонтиком и читал газету. Меня прямо обдало волной жгучего недовольства с его стороны, и я расслышал что-то про пироманов.

Ну вонял этот дрыхгский гуль, ну капало с мешка. Когда все успели стать такими чистоплюями? Не так давно только перестали выливать из окон ночные горшки. Хотя в кварталах у пристани и в рабочих районах все еще стоит время от времени поглядывать наверх, когда проходишь мимо.

Франческа Потс так резво распахнула двери, как будто караулила под ними.

– Опять мерзость какую-то приволок! – она посторонилась, пропуская меня.

– Еще свеженький, ардара Потс, – я помахал мешком. – Пришлось на части разорвать, уж больно живучий попался.

– Ох, – схватилась за сердце домоправительница. – Избавьте меня от подробностей, молодой человек. И не смейте совать эту пакость в мой холодильный шкаф! Слышите?!

Я быстро поднялся по лестнице и скрылся в общей гостиной. Фергюс давно превратил ее в свой рабочий кабинет и потому запашок тут стоял почище, чем на заводе по переработки ворвани. Смердящий трупоед в мешке просто букет цветов посреди дымящихся чашек, мензурок и колбочек.

Я бросил добычу на стол перед согнувшимся у микроскопа другом. Клайд встрепенулся, снял очки и подслеповато прищурился.

– Наконец-то! Мне как раз не хватало вытяжки из мозжечка, – обрадовался друг, с энтузиазмом развязывая тесемки. Выглядел он как ребенок, получивший заветный подарок на именины. – Это будет лучшее лекарство от мигрени, вот увидишь.

– Ты главное сохрани в тайне часть ингредиентов.

Ученый чародей посмотрел на меня как на умалишенного. Снова водрузил на нос очки и удивленно крякнул. Весь вчерашний день Фергюс проспал, а утром был очень увлечен своими формулами и даже не заметил, как я уходил. Сосед он неплохой, тихий, только вот грязь постоянно разводит.

– Эк тебя приложили! И знаки чудные-то какие.

– Знаешь, что это такое и как от него избавиться? – я забрался на стул и отодвинул колбу с ярко-зеленой жидкостью.

– Жжется? Чешется?

Я кивнул.

– Смею предположить, что это один из вариантов магической сделки, – Клайд задумчиво почесал затылок, – но не уверен. Во что ты ввязался, Дрейк?

– Узнаю через пару часов, – я хлопнул ладонью по столешнице и склянки отозвались не дружным звоном.

Клайд равнодушно пожал плечами и вернулся к работе.