— Решила заняться спортом?

— Да, нужно держать себя в форме. Рядом с тобой я ощущаю себя куском желе.

— Что за глупости? — усмехнулся он, прижимая меня к себе, когда мы входили в класс, и затем тихо продолжил: — Твоё тело бесподобно, не нужно заморачиваться по этому поводу. Но я всё же поддерживаю тебя в этом плане, иногда полезно отвлечься от своих мыслей за пробежкой.

После уроков мы вернулись домой. Я приготовила нам рыбу с овощами, и, отужинав, Дариан попрощался со мной и поехал на тренировку.

Я переоделась в тренировочные лосины и бесформенную толстовку «Бульдогов», сделав высокий хвост и настроив себя на тяжёлый разговор, скрипя сердце направилась на встречу со своим прошлым.

Проигнорировав общественный транспорт, я всё-таки решила пробежаться до своего дома. Ровно в семь я уже была на месте и, переведя дух, вошла в кафе напротив нашего с Кёртисом временного пристанища. Я огляделась по сторонам и увидела Майкла сидящим за дальним столиком лицом ко входу. Он с удовольствием потягивал пиво, но вид у него был как после боксёрского поединка: левый глаз подбит, белок был красным, на щеке большая гематома и кровоподтёки по всему лицу и шее.

Неплохо тебя Дариан уработал, и мне ничуть тебя не жаль.

Увидев меня, он заметно приободрился и, расправив плечи, надменно глянул на меня исподлобья. Он жестом указал на место напротив него. Я не хотела подчиняться ему, поэтому присела за соседний от него столик.

— Что тебе нужно? — грубо спросила я, откинувшись на спинку и скрестив руки на груди.

— О, ты даже не поздороваешься? — противно пропел он. — Мы же были с тобой вместе два с лишним года. Как-то это неприлично с твоей стороны.

— Ты недостоин добрых слов, поэтому давай не будем медлить, — прошипела я. — Зачем ты меня позвал?

Он взял бокал с пивом и встал со своего места, затем он пересел напротив меня.

— Ты видишь моё лицо? — обвёл он пальцем в воздухе свою раскрашенную физиономию.

— Тебе идёт!

— Не сомневаюсь. У меня к тому же ещё сотрясение, и поэтому я не смогу выйти на лёд в течение месяца. И это твой дружок во всём виноват!

— Это ты во всём виноват! — процедила я сквозь зубы.

— Ты хочешь сказать, что я сам нанёс себе эти жуткие побои?

— Нет, но если бы ты держал свой член в штанах, то ничего бы не произошло!

Он посмотрел на меня в недоумении и начал заметно суетиться. Он поёрзал на месте, явно соображая, о чём шла речь.

— О чём ты говоришь? — пытался он изобразить удивление.

Не в силах больше терпеть эту жалкую сценку, я громко стукнула ладонью по столу и немного приподнялась со стула, чем привлекла к себе внимание одного из официантов. Извинившись перед ним, я присела на место, и, прочистив горло, старалась говорить тихо, но со всей присущей ненавистью к Майклу.

— Ты изнасиловал его девушку, и получил по заслугам, хотя я не уверена, что ты этим ограничишься.

— Я не насиловал её! — оправдывался он и был похож в этот момент на маленького нашкодившего ребёнка. — Ты и понятия не имеешь, что произошло!

— Извини, но, зная тебя от и до, я не могу просто так взять и поверить в это. К тому же мы были уже в отношениях на тот момент. Как ты мог так поступить?

— Да плевать, что ты думаешь! Что было, то прошло, — он допил пиво и отодвинув бокал в сторону, наклонился грудью на стол, сокращая расстояние между нами. — Я пришёл сюда с предложением, от которого ты не сможешь отказаться.

Нахально выдохнув и сморщив своё лицо, я отодвинула стул подальше от него, намекая на то, что он был противен мне до глубины души.

— Я слушаю тебя!

— Всё очень просто! Если ты не вернёшься ко мне, то я буду вынужден заявить в полицию на Ди, — победно заявил он, вздёрнув подбородок. — Я сниму все побои, и можешь быть уверена, что ему будет грозить срок, и как итог: прощай карьера. На мой взгляд, это даже лучше, чем раздробленные кости.

По его выражению лица было ясно, что он нисколько не шутил, а зная, на что он может пойти ради своей же прихоти, я нисколько не сомневалась, что от него можно ожидать всё, что угодно, в том числе и такой подлый поступок.

— Ты чёртов ублюдок! — прорычала я, плюясь желчью, которая в один момент образовалась у меня во рту.

— Спасибо, детка! Я стараюсь ради тебя! — его лицо искривилось в лукавой улыбке, он подозвал официанта и заказал ещё одно пиво. — Это событие нужно отметить!

— Ты стараешься только ради себя! Я не буду с тобой, Майкл! Ты не дождёшься от меня того, чего хочешь! Я ненавижу тебя! Всего хорошего! — я резко встала и, презрительно глянув на него, без промедлений направилась к выходу.