— Ложись!!! — рявкнул Ака, запуская в неё горящей веткой.

Всё произошло слишком быстро. Девушка не легла, а споткнулась и полетела лицом в снег в паре метров от него, распахнув руки и полностью растворившись в нём. В тот же момент чуть позади неё в метре над белоснежным и утоптанным покровом столкнулись распахнутая пасть и пламя. Раздался болезненный скулёж, и кирьян рухнул на землю, зарываясь мордой в снег. Огонь потух, и округа погрузилась во мрак. Ослепнув, Ака выставил клинок перед собой, развернув лезвием к рычащему где-то впереди противнику.

Прошла секунда. Другая. Ака слегка раздвинул ноги и сделал упор на левую, готовясь резко уйти в противоположную сторону. Его глаза начали привыкать ко тьме, вырисовывая едва заметные контуры деревьев на чуть более светлом холсте зимы.

— Ррарх!

Рычание резко перешло в агрессивный рёв, который начал стремительно приближаться. Резко сдвинувшись в сторону, Ака пропустил размытую тень мимо, в последний момент рубанув по ней мечом в левой руке. Ночь разрезал новый, истошный скулёж где-то у него за спиной.

Глубоко вдохнув холодного воздуха, он слегка остудил в момент раскалившееся тело, когда услышал взбешённое рычание отошедшего от встречи с огнём хищника. Тактика кирьянов примитивна, и Ака понял, что новая туша уже летит на него. Он не успеет ещё раз увернуться. Всё, что ему осталось, так это выставить правую руку навстречу исхудавшему животному в надежде, чтобы та не угодила прямо в пасть. Подмёрзшие без перчаток пальцы уткнулись в густой мех на мощной шее, и от удара его сразу же потащило назад. Они стали заваливаться в снег. Падая на спину, Ака всё же успел выставить треугольное остриё перед собой. Мягкий удар спиной о снег, а после этого его придавила сверху пусть и тощая, но всё ещё тяжёлая туша. Уткнувшись в рёбра, клинок всё же преодолел их, погружаясь в плоть под весом хищника. Пользуясь остаточной инерцией, Ака перекинул смертельно раненого в грудь кирьяна через себя в сторону его собрата.

Его собственное падение в снег вышло не очень удачно. Кряхтя от боли в спине, Ака перевернулся на четвереньки. Теперь он видел во тьме гораздо отчётливее. Кирьян с опаленной мордой так и лежал, и, скуля, загребал под себя снег в предсмертной агонии. Его собрат, отлетевший заметно дальше, уже стоял на ногах мордой в сторону Аки.

— Ха! — воинственно крикнул Ака, распахнув руки и сделав шаг в сторону хищника для большего эффекта.

Заскулив, тот развернулся и бросился наутёк под прерывистые возгласы брошенного собрата, от чего Ака понял, что удар оказался не таким уж серьёзным. Тяжело дыша, он огляделся по сторонам, однако среди деревьев не заметил какой-либо двигающейся тени. С кончиной кирьяна в лесу снова воцарилась тишина. Он всё ещё ожидал подвоха, незамеченного хищника, ведь группа из двух истощённых особей — редкость в этих краях. Ожидал чего угодно, а потому подскочил, когда под ногами раздался приглушённый стон.

«Девчонка!» — мысленно закричал Ака, отпрыгивая в сторону, словно босыми ногами сиганул в лужу кипятка.

Воткнув меч в снег и опёршись о него, он присел на колено, а свободной ухватившись за скрытое тряпками и припорошенное снегом плечо. Не без брезгливости, но он перевернул её на спину.

— Что ты здесь делаешь? — прошипел Ака в зарёванное и облепленное снегом лицо.

— Шла за Вами, — и вздрагивая после каждого слова, ответила девчонка.

Ака задумался о дальнейших действиях в этой ситуации. Одно дело сказать ей «нет» возле стен Катмара, а оставить одну посреди леса — совсем другое. С другой стороны, то, что она смогла сутки идти за ним незамеченной — не его прокол, а её опыт следопыта, что не нравилось ему. Глубоко в его голове мелькнула мысль об её принадлежности к чёрным, а предотвращённая смерть от зубов кирьянов — всего лишь спектакль. Ака не мог выбрать, какая из версий правдоподобнее — его или её, а потому выбрал оптимальное решение.

— Поднимайся, — озвучил он его, и сам встал. — За мной.

Очистив клинок, Ака не спеша пошёл обратно, не дожидаясь девчонки. Его глаза привыкли к темноте, благодаря чему он собрал ещё немного сушняка и вернулся в импровизированный лагерь. Ничего не изменилось. Его вещи остались на прежнем месте, что немного успокоило. Почувствовав тепло костра, он наконец-то понял, насколько сильно замёрз.

— Ну и холод… Словно в Кунш Аре весной.

Натянув куртку, Ака подкинул сушняк в огонь и повесил котелок с остатками похлёбки греться. Новые веточки приятно затрещали в пламени, выбрасывая в воздух новые искры и раскрывая скрытую в них энергию. Полуночный и неожиданный гость наконец-то вышла в свет костра, оставляя на расчищенной поляне комья налипшего на голые ноги снега. Она уже не плакала, лишь шмыргала носом, подтирая его краем засаленного рукава. Ни слова не говоря, девчушка села с противоположной стороны от его вещей едва ли не вплотную к огню. Она пустым взглядом таращилась вперёд. В её бесцветных глазах сияли и переливались отблески костра, а пальцев ног время от времени касались языки пламени. Казалось, что она даже не моргала и насмерть замёрзла, так и не согревшись. Что не удивительно, учитывая таявший на практических босых ногах снег и лёгкость одежды.

Очистив свою тарелку снегом, Ака наполнил её наполовину и протянул девчушке. Та зашевелилась и некоторое время непонимающе таращилась на посуду. Лишь потом она осторожно приняла подношение и начала медленно отхлёбывать горячий бульон с края. Котелок же вернулся обратно в лунку в снегу.

— И? — спросил Ака, когда тарелка опустела.

Девушка замерла, испуганно смотря на него. Он сел на давно остывший коврик и облокотился спиной о дерево позади. Сложив руки на груди, оставил клинок рядом с собой и вслушивался в тишину, снова ожидая чего угодно и пристально смотрел на неё сквозь разбушевавшийся огонь.

— Спасибо? — робко и неуверенно ответила девчушка.

— Ага. Зовут-то тебя как?

— Урра.

— «Урра»… — Ака задумчиво попробовал имя на слух, ставя ударение на первую букву. — Это же хардское имя. А ты не хард, как я вижу.

— Я выросла в Фахаре.

— И как же ты оказалась на другом конце империи?

— Меня проводник сюда отправил по ошибке.

Не сдержав улыбки, Ака прыснул, а потом и вовсе заржал в голос.

— Ты же в курсе, что фраза «меня проводник отправил сюда по ошибке» — настолько избитое враньё ради бесплатного перемещения куда-либо, что на такое никто не ведётся уже лет девятьсот, — заявил Ака, когда отошёл от смеха.