— Как скажешь, отец, — кивком дал согласие.

С тех пор прошло много лет.

Он не делал широких жестов до последнего времени, а последний год, как активизировался. Оно и понятно, что взрослому парню было взять с малолетки? А теперь, вроде я менялась, уже стала старшеклассницей. Да и стоило нам узнавать друг друга лучше. Поэтому не отказывалась от встреч, если он звал меня погулять, потусить или просто поболтать.

Если не красотой его покорять, так умом, юмором. Да и вообще стать своей в доску. Почему бы и нет? Всё же нам предстоял брак, и, если нас будут связывать не узы любви, так пусть хотя бы дружбы и взаимопонимания.

По крайней мере, я была к этому готова и даже больше — делала на это ставку. Тем паче, Стэф уже заикнулся раз, что как только мне исполнится восемнадцать, мы сразу поженимся.

В его взгляде я всё чаще читала смех, на его губах часто играла улыбка. Да и вообще он был позитивным парнем, не натягивающим на себя маску мрачности и уныния. Мне всё больше казалось, что я ему нравлюсь. По-настоящему. Старательно выкидывала бредни о любви из головы, но Радмински-младший упорно их вколачивал обратно: галантностью, обходительностью, игривым настроением, шуточками. С ним было легко и весело. Как, впрочем, и со всей его компанией.

Только Анита меня раздражала. Она часто висла на Стэфане, да и не слепая я, видела, она от него без ума. Становилось не по себе, когда думала, что они часто и без меня встречались. Один университет! Одна компания! И конечно я как бы невзначай услышала разговор её подруг, из которого чётко поняла, что Анита и Стэф встречались до недавнего времени.

А с тех пор, как Радмински объявил, что я его невеста, расстались. И ко мне все так и относились. Не заискивали, но насмешек глупых или упрёков, что малолетка делала среди них — не слышалось.

Разве что неприязненные взгляды от той же Аниты.

Но я отмахивалась от этого и думала о светлом будущем.

Меня потряхивало только от мысли, что я вскоре стану женой Стэфана. Страшно представить, что испытаю в тот день!

А пока была рада, что он искал точки нашего соприкосновения и интересов с не меньшим пылом, чем я. Пытался найти общий язык, и приобщить к своей компании, тусовкам, жизни.

На этой мысли мне стало стыдно — опять вела себя, как избалованная девочка. Радмински ведь старался, а я выискивала причину для отказа от поездки на остров!

— Ну если обещаешь беречь меня и спасать, — выдавила, всё ещё не будучи неуверенной, что поступала правильно.

— Клятвенно! — взбодрился Стэфан.

— Пойдёт? — на заднем плане прозвучал женский голос.

— Ты не один? — уточнила с упавшим сердцем.

— Нет, — не лгал. — Мы тут компанией сидим, — жевал слова Стэф. — Обсуждаем, что будем пить, есть, и кого бы хотели видеть на этом празднике жизни.

— А-а-а, — кивнула понятливо. — Мне главное не наливай, — напомнила тихо.

— Помню, — хмыкнул Радмински-младший. — Для тебя диет-кола!

— Лучше минералка…

— Это вода…

Я замялась, пытаясь сообразить, к чему это он. Потом осенило:

— Стэф, — с возмущением протянула, но секундой погоды посмеялась, оценив странность шутки парня: — я в ней не купаться буду, а пить!

— Ок, Рей, я за тобой заскочу к обеду. К вечеру мы должны быть на острове!

— А мой отец? — успела кинуть вдогонку.

— С твоим папой улажу вопрос сам! — заверил по-мужски Стэфан, за что его уважала сильно. Мне казалось, что это очень красиво и властно, когда мужчина за тебя решал такие щекотливые вопросы.

***

Дома успела только переодеться, собрать несколько необходимых вещей в сумку — всё же не на один день, да и вечера могли быть прохладными. Народ богатый, любил пыль в глаза пускать. У меня не особо гардероб для показалова, но выискать пару занятных и ярких вещиц умудрилась. Купальники, топы, шорты, юбки, футболки, платье… и плед.

Я не идеальная красотка, но это не повод в скафандр облачаться.

Упаковывала пляжную сумку. Очки на нос, кепку на темечко.

Уф, успела всё. И вовремя — мобильный зазвонил:

— Привет, — только пальцем по сенсору мажу.

— Здоров, — довольный голос Стэфана. — Готова?

— Да, только отцу не позвонила ещё.

— Я уже с ним всё обсудил, — вновь заверил жених. И я тотчас идиотски заулыбалась своему отражению в зеркале.

— Привыкай, я — твой мужчина. И скоро я буду тебе позволять или запрещать!

— Ок, — выдавила счастливая донельзя, с приятным осадком в душе. — Уже спускаюсь, — сбросила вызов и поспешила прочь из комнаты. — Пап, — всё же набрала отца, — меня Стэфан пригласил.