– Что там у тебя? – спросил Роджер.

– Камень, – сказала Титти. – Я его со дна подняла.

– Что за камень?

– Вероятно, жемчужина. Давай будем ловцами жемчуга!

Бакланы были забыты. Матрос и юнга тут же обратились в ныряльщиков за жемчугом.

– Только не разрешай Роджеру заплывать далеко! – окликнула старпом. – Я пойду за огнем присмотрю!

Джон тоже выбрался из воды. Вскоре он прошел мимо ныряльщиков на веслах, направляясь за молоком.

– Что вы делаете? – крикнул он им.

– Жемчуг ловим на дне!

– Долго в воде не сидите. Кто к моему возвращению с молоком окажется мокрым и неодетым – никакого завтрака не получит!

– Так точно, сэр! – сказала Титти.

Роджер тоже хотел сказать «так точно, сэр!», но нижняя часть лица была погружена в воду, поэтому получилось одно бульканье.

Ему и глаза как следует открыть под водой не удавалось. Поэтому, бултыхаясь на глубине два-три фута, он искал донные жемчужины в основном ощупью. Матрос Титти с открытыми глазами плавала у самого дна, выбирая камешки побелее. Для жемчуга они были, пожалуй, несколько великоваты, но может ли жемчужина быть слишком большой? Чем больше, тем лучше! Скоро у края воды выросла кучка мокрого блестящего жемчуга. Картину немного портило лишь то, что, как только камешки высыхали – а сохли они на солнышке очень быстро, – весь блеск пропадал и считать их жемчугом больше не получалось.

Охота за жемчугом прекратилась, как только они увидели капитана Джона, взявшего обратный курс с фермы Диксонов. «Ласточка» везла груз. Вздымая тучи брызг, матрос и юнга бросились к берегу, где их ждали полотенца. Задолго до того, как капитан Джон подгреб на шлюпке к берегу, обсохшая и приодетая команда встречала его на берегу. Привезенное заняло все руки. Два хлеба, два больших пучка латука, корзинка яиц, бутыль с молоком… и небольшая жестянка для табака.

– А в ней что? – поинтересовался Роджер.

– Червяки, – ответил капитан Джон.

– Так мы рыбачить пойдем? – спросил Роджер.

– Да, – сказал капитан Джон. – Мистер Дикси мне червяков дал. Он говорит, между островом и его причалом отлично ловится окунь. Еще он сказал, что на живца клюет лучше, чем на червя. А окунь стоит всюду, где в воде водоросли!

Вскоре с завтраком было покончено. Пока старпом Сьюзан возилась с посудой, остальные завладели сковородкой, решив использовать ее в качестве емкости для наживки, и наполнили до половины водой. Потом принялись ловить на отмели мальков и собрали немалое их количество. Затем сняли с «Ласточки» мачту и вместе с гиком, рейком и парусом оставили на берегу, чтобы освободить в лодке побольше места. Сьюзан присоединилась к остальным, также вооружившись удочкой. Они принялись грести прочь от острова, направляясь к заливчику возле фермы Диксона. Юнга Роджер сидел на самом носу, высматривая водоросли в воде.

– Водоросли! – закричал он почти сразу, как только они оказались в бухте. – Полным-полно!

И правда, по обоим бортам «Ласточки» тянулись под водой длинные зеленые космы.

– Нужно встать у самого края зарослей, в таком месте, где не слишком глубоко. Готовы отдать якорь?

Старпом Сьюзан пояснила для юнги:

– Держи якорь на весу, а когда я скажу «отдать якорь!» – брось его.

Джон делал гребок, смотрел в воду, делал еще гребок.

– Кто-нибудь может разглядеть дно?

– Я вижу, прямо сейчас, – сказал Роджер.

– Отлично. И я его вижу. Там трава растет, то есть внизу песок. И заросли рядом. Кажется, местечко прямо для нас!

– Отдать якорь! – скомандовала старпом.

Роджер отпустил руки. «Ласточка» медленно развернулась. В следующий момент на воде закачались четыре красных поплавка, по два с каждого борта.

– Какую глубину поставила, Сьюзан? – спросила Титти.

– Почти самую большую, какую удочка позволяет, – сказала Сьюзан.

– А я – примерно три фута. Наживку свою вижу.

– Так неправильно, – возразил Джон. – Живец должен плавать примерно в футе от дна. Вытащи крючок – я тебе поплавок повыше поставлю.

Поплавок Сьюзан нырнул первым. Она тотчас подсекла, но на крючке ничего не было.

– Живца моего украл, – сказала она.

– Слишком рано подсекла, – сказал Джон.

– Вот бы еще лодка поменьше крутилась, – сказала Титти. – Смотри, Роджер, твой поплавок почти касается моего. Сейчас ты мой со своим вытащишь… Ну вот, все перепуталось!

Джон распутал им удочки. Но пока он этим занимался, «Ласточку» развернуло в другую сторону, и его собственную леску захлестнуло с удочкой Сьюзан.

– Так не пойдет, – сказала она. – Нужно бросить второй якорь, чтобы лодку не крутило. Всем вытащить удочки! Поднимай якорь, Роджер. Надо взять на берегу камень побольше. Якорный трос у нас длинный – хватит на оба…

Сказано – сделано. Они добрались до берега, привязали на другой конец якорной веревки большой камень. Потом вернулись на место неподалеку от прежнего. Роджер отдал носовой якорь, Сьюзан опустила камень с кормы. В этот раз «Ласточка» повернулась бортом к ветру и даже не пыталась крутиться. Зато вскорости оказалось, что с наветренной стороны удочку забрасывать без толку. Как ни слаб был ветер, поплавки постепенно затягивало под борт. Поэтому все четверо забрасывали с одного борта. Поскольку лодка больше не крутилась, это было вполне удобно. Конечно, каждый следил не только за своим поплавком, а за всеми сразу.