Разум и душа объединяются в работе, в праздности они враждуют.

Жизнь невыносима, если она святее святой правды грешной жизни.

Равенство? А кто же будет дураками?

Жить никогда не поздно.

Я – роман который не суждено жизни закончить, не она поставит последнюю точку.

Радостей в жизни осталось так мало, все стали они такими умными, что не рассмешишь и не посмеешься на себя.

Желудок и Смерть два стервятника кружат над человеком в поисках добычи.

У смерти меня интересует только то, что она мне задолжала.

Жизнь копия жизни нашего воображения.

Молчание– общение на разных языках.

Ведем кладбищенский образ жизни размерено, предопределено и у каждого припасен свой крест судьбы.

Бытие казенщина мудрости не оставляет времени на утешения глупости.

Хочешь заглянуть в загробную жизнь, припомни забытое детство и начинай все сначала.

Радуемся жизни, а у нее совсем другие планы на счет нас.

Смерть – вот кто профукал наше счастье.

Жизнь – шлюха избавляющая от общедоступного борделя

Одних смерть застает в пути, других на печи, третьих нежившими

Бытие – ошибки при материализации грез.

Порочность – прочность греха.

Дьявол парвеню в обществе земных небожителей.

Мужская дружба, – солидарность в грехе прелюбодеяния.

Никакая мудрость не удержит от возможности сделать смыслом жизни разовую халяву.

Правоверность и ересь клевещут друг на друга каждый в свое ухо Творца.

В Боге красота не нуждается, только в подношениях.

Все думаю, думаю, куда бросил Адам огрызок злополучного яблока? Не там ли вырос баобаб, обитель обезьян, колыбель пращуров наших.

Вечность ужасна, если ее не разбавлять преходящим.

Радость Веры – возвышает, но уронит тебя наивность.

Радость победы – тризна по трупам.

Перегородки современных многоэтажек сделали секс уморительно болтливым.

Общество мешает жить по своей воле. Воля считает долгом чести платить тем же по счетам общества.

Эволюции приходят и уходят, обезьяны остаются.

Длина юбки – законодатель морали.

Жизнь – картинки в книге судьбы. Пока жизнь тебя не забодала.

Тихо едешь, едешь, едешь, а дальше все дальше, дальше дальше.

Никак с похмелья дьявол выдолбил такими кривыми борозды разума, наделал бы ровненькими, хроменькими, и хлопот меньше было бы с фанатиками.

Разборчивая Любовь прикуривает от сердца.

Корова пасется, жизнь спешит, спешит мимо, потом ждет, когда корову подоят.

Француз и сегодня восторгается – Свобода, Равенство, Братство, и ни слова о Мире между ними.

Морг – таможня Бога.

Любовь не колодец, чтобы приходить к ней с пустыми ведрами.

Война – и мир Бога не поделили.

Волос длиннее и гуще, – мозги питательнее…

Скромности есть что скрывать.

Результат от дважды-Х-два уже зависит не от калькулятора, но от сметки счетовода.

Морщины старости воображают себя извилинами ума.

Для государства мы – воры, скрывающее нетрудовые доходы свободомыслия.

Природа как мать снисходительна к моим слабостям, нравственность смотрит на меня как хирург на аппендикс.

Тень… А она вновь за спиной выросла не спрашиваясь, и прикидывается крыльями.

Деньги роднят.

Неудачник – босяк, постигший коварство судьбы из неоправданного любопытства.

Глупость она от земли, имеет каких-никаких, но родителей, а мудрость, что оно такое?

Мудрость и глупость два полушария одного разума.

Мудрость – вчерашний чугунок глупости, надраенный умом до медного блеска.

Мудрость триумфально шагает к славе по трупам глупости.