— Шо, и на дуэль вызовешь? — поразился гном. — Я ж не маг!

— А я и на кулаках объяснить смогу, — осклабился Тигран, что на его небритом лице смотрелось довольно зловеще. — Мне не сложно.

— Вот эт уважаю! — крякнул Варт, и даже его борода встопорщилась, казалось, с уважением. — Ох и повезло тебе, маг, с жинкой. Бородой отвечаю. Считай за чуйку гномью аль за завидки мужицкие, но точно тебе говорю — повезло. Береги свое Золотце, таких на свете мало.

И пока я краснела от незатейливого, но искреннего комплимента, пытаясь унять жар, захвативший не только щеки и уши, но даже шею, со стороны Тиграна донеслось тихое:

— Я знаю.

Остаток пути прошел спокойно: мужчины тихо беседовали о своем, мужском, а я, пытаясь понять, что именно имел в виду Тигран под словосочетанием «романтичное знакомство», задумчиво поглаживала окончательно разомлевшего выхря. И даже короткая остановка для смены лошадей не стала чем-то запоминающимся. Остановились, сменили и отправились дальше.

А я все раздумывала. Обычно супруг никогда и ничего не говорил просто так, все имело смысл. Иногда простой и понятный даже мне, далекой от его работы, а иногда весьма завуалированный. Но имел. Всегда. Сейчас же я никак не могла связать появление раненого истощенного мага в моей спальне с романтикой. Вообще никак! В моем понимании романтика выглядела совершенно иначе: красивые цветы, душевные признания, лирические стихи, томные взгляды, робкие касания, прогулки в вечерней тишине и тому подобные вещи. Но точно не то, что произошло в моей спальне в пять утра!

Или он имел в виду не этот момент? Хм… Тогда какой же?

Когда я встретила его на кухне, вцепившись в сковороду? Или когда пришла вечером домой, а он скрутил меня магией? А может, и вовсе — свадьбу-договор?

Ерунда какая…

Мы уже благополучно подъезжали к Варракшу, мужчины даже успели обсудить достоинства известных им таверн, где лучше всего остановиться, а я никак не могла унять хоровод настырных мыслей о романтичности нашего знакомства. Ну не было этого! Не было, и все!

Все, больше не могу. Как останемся наедине — сразу же расспрошу!

За окном постепенно сгущались вечерние сумерки, но время было еще не слишком позднее, так что стоило нам покинуть дилижанс, как Тигран предложил наведаться в ближайший банк.

— Зачем?

— Путь до столицы неблизкий, а мне все меньше хочется возиться с лишним грузом, — уклончиво пояснил маг, жестом указывая на саквояж. — А так оформим доставку ценностей до востребования и заберем их в столичном отделении, когда прибудем.

— А это возможно?

Раньше я почти не имела дел с банками из-за отсутствия каких-либо накоплений, так что с интересом выслушала сначала утвердительный ответ супруга, а затем и дельные рекомендации Варта, оказавшегося большим знатоком банковских операций. Не иначе как по причине расовых особенностей, ведь именно гномы владели самыми успешными банками во многих странах. И что самое приятное — никто даже не подумает досматривать содержимое саквояжа, отправляемого магом, если он подпишет все необходимые бумаги по безопасности и ответственности за совершаемую операцию. Да, это выйдет дорого, но по сдержанному признанию Тиграна — намного дешевле возможных проблем в пути.

— Тогда ты прав — идем в банк!

К сожалению, выхря пришлось вернуть «бате» — гулять по улицам с нечистью в открытую было опасно. Удивительно, но за этот недолгий путь я успела привязаться к покладистому пушистику. Он не капризничал, не скалил зубы — вообще никак не показывал свой вредный характер. Лишь поел три раза и потом только спал, довольно урча под моей рукой. Наверное, в основном из-за большой усталости после страшной ночи пожара, а может, и правда имел необычайно уживчивый характер. Кто знает… К сожалению, завтра я его уже не увижу.

— Ежель не возражаете, я пройдусь в том же направлении, — ворчливо попросился с нами Варт, явно скрывая неловкость. — Разузнаю у коллег, может, кто из наших тут задержалси.

— Конечно, идемте.

И мы отправились в гномий банк.

Он оказался довольно далеко, так что мы едва успели к закрытию. Здание банка выглядело неброско, но основательно. Среди ярких вывесок многочисленных лавок, расположенных по улице почти сплошняком, обитель гномов выделялась строгостью и деловой лаконичностью. «Банк гномофф» — гласила строгая золоченая вывеска, висящая над массивными дубовыми дверями с витыми бронзовыми ручками.

Внутри тоже ничего не перекликалось с кичливой яркостью соседей. Вместо алых штор с рюшами, которые я заметила в лавке слева, — темно-зеленые строгие портьеры. Вместо округлых форм, модных в этом сезоне, — лаконичность прямых линий. Стойки из темного дерева, несколько уютных диванчиков, обитых плотной тканью с геометрическим рисунком в кофейных тонах, низкий столик с газетами, маленькое деревце в кадке у окна и трое служащих гномов. При нашем появлении все как один уставились на большие напольные часы, показывающие без пятнадцати восемь (банк работал до восьми), и сдержанно вздохнули. Им явно не хотелось утруждать себя работой перед самым закрытием, но отказать нам — поставить под сомнение репутацию и надежность всей банковской сети гномов.