Ну, наконец-то, наконец, у них появился маленький мальчик, которого все вокруг считали лучшим ребенком из всех, кого когда-либо видели. Даже ее величество сама заметила, что, хотя она никогда не могла поверить, что все придворные заверили её, что её сын был самым очаровательным ребенком насвете – ну просто самым-пресамым.

Однако пришло время крещения младенца, и однажды король и королева сидели за завтраком в своих летних покоях салоне, обсуждая эту церемонию. То была великолепная комната, увешанная портретами королевских предков. Там была Золушка, бабушка правящего монарха, с ее маленькой ножкой в хрустальной туфельке, выдвинутой вперёд. Был и маркиз де Карабас, которого, как все знают, возвели на трон как супруга принца после его свадьбы с дочерью короля того периода. На подлокотнике трона сидел его знаменитый кот в сапогах. Там также был портрет прекрасной дамы, крепко спящей: это была мадам Ля Бель-о-Буа (Спящей красавицы), также являющаяся прародительницей королевской семьи. И многие другие картины знаменитых королевских предков висели на стенах летнего покоя.

– Вы оповестили всех нужных людей, моя дорогая? – спросил король.

– Всех, кого нужно было, – ответила королева.

– Люди так обидчивы в этих случаях, – сказал его величество. – Вы не забыли ни одну из наших теток?

– Нет; ох уж эти старые кошки! – ответила королева; тетки царя были старомодны и не одобряли ее, и она это знала.

– Они очень добрые старушки, в своем роде, – сказал король; – и были очень милы со мной, когда я был мальчиком. – Затем он немного подождал и заметил:

– Фей вы, конечно, пригласили? В нашей семье им обычно всегда уделяли внимание; хотя я думаю, что мы немного пренебрегаем ими в последнее время.

– Как можете вы быть настолько наивны? – вскричала королева. – Сколько я должна говорить вам, что фей на свете нет? Но даже, если бы они и были – неважно; помолитесь Богу, и давайте отбросим эту тему.

– Они очень старые друзья нашей семьи, моя дорогая, вот и все, – робко сказал король. – Раньше они часто бывали крестными для нашей семьи. Одна, в частности, была самой доброй и самой полезной в судьбе Золушки, моей собственной бабушки.

– Твоя бабушка! – перебила ее величество. – Да она просто старая балоболка! Если только кто-нибудь вложит такую глупость в голову моего маленького Приджио…

Но здесь няня принесла ребенка, и королева осыпала его поцелуями. И поэтому фей не пригласили! Это было необычно, но никто из дворян не смог прийти на вечеринку по крещению, когда узнал, что фей не пригласили. Некоторые выехали за границу; иные сказались больными; несколько человек оказались в тюрьме среди сарацин; другие стали пленниками в логове огров. В конце концов король и королева должны были воссесть в одиночестве, по одному на каждом конце очень длинного стола, с тарелками и стаканами для сотни гостей – сотни гостей, которые так и не пришли!

– Какой ты предпочитаешь суп, моя дорогая? – обратился король к своей благоверной через переговорную трубу, как вдруг воздух наполнился звуком, похожим на шелест птичьих крыльев.

Королева посмотрела вверх, о чудо! о чудо! на каждом сиденье сидела прекрасная фея, одетая в зеленое, и у каждой в руках был очень интересный сверток. Тебе нравится открывать подарки? Так и поступил король, и при этом он был очень дружелюбен и вежлив с феями. Но королева, хотя и видела их отчетливо, не обратила на них внимания. Видите ли, поскольку она не верила в фей, то не желала верить и своим собственным глаза, хотя видела их. Так она разговаривала с королем через фей, как будто их там и не было; но король вел себя вежливо, как если бы они были реальными – что, конечно, и было на самом деле.

Когда ужин закончился, и няни принесли ребенка, все феи подарили ему самые великолепные подарки. Одна преподнесла ему кошелек, который никогда не мог быть пустым; другая – пару семимильных сапог; и еще одна – шапку-невидимку, так чтобы никто не мог увидеть принца, когда он надел бы её; и еще одна – шапочку для исполнения любых желаний; и ещё ему подарили ковер-самолёт. И ещё ему подарили одежду, которая сделала его самым красивым в мире; и меч, который делал его самым смелым, и третью, которая делала бы его самым везучим… Но последняя фея из всех, весьма дряхлая старуха, подкралась к ребёнку из-за спину и возвестила:

– Дитя моё, обещаю тебе – ты будешь слишком умен!

Дар этой феи понравился бы королевебольше всего на свете, потому что она сама была такой умной, понравился бы, если бы она поверила в него. Но она вообще ничего не заметила; и феи отправились каждая в свою страну, и никто из них не остался там во дворце, где никто не верил в них, кроме короля, да и тот весьма немного. Но королева велела побросать все принесённые ими дары, и сапоги и шапки, и ковры, и кошельки, и мечи и все прочее в темную комнату с дровами; потому что она, конечно же, думала, что все это – чепуха, просто старый мусор из книг или пантомимы.

Однако время прошло, и маленький принц вырос. Я думаю, что сказал вам, что его звали Приджио, не так ли? Ну да, таково было его имя. Что же касается всего остального, вы можете только догадываться, насколько он был умен. Он. ю едва научился говорить, тут же поспорил со своей нянькой, и это было очень и очень скоро. Он заявил, что ему не нравится, когда его моют, потому что мыло попадало ему в глаза. Однако, когда ему рассказали всё о порах кожи и о том, что как они не могли быть здоровы, если его не помыть, он тотчас же перестал сопротивляться, потому что на самом деле был очень разумным ребёнком. Он спорил со своим отцом, поскольку не понимал, почему короли должны быть богаты, а нищие должны быть бедны; и почему королю за послеобеденным чаем подавали отварные яйца и сливовый пирог, в то время как многие другие его подданные вовсе оставались без обеда. Король был так удивлен и обижен этими замечаниями, что заткнул себе уши, заявив: «Я отучу тебя быть чересчур умным, парень». Затем он вспомнил ужасное проклятие самой старой феи и пожалел о грубости королевы. А когда юный принц заявил ему, что «сила не аргумент», король в ярости ушел и хлопнул дверью.