Едва только корабль выровнялся, вновь сверкнула молния, ударив в металлический корпус двигателя. Мощный разряд отбросил Гирпа Шейдера назад. От раскалившегося металла вспыхнула обшивка воздуховода. К счастью промокшая парусина не позволила распространиться пожару, огонь быстро угас сам собой. Однако образовавшейся в обшивке воздуховода огромной бреши оказалось достаточно, чтобы горячий воздух вырывался наружу, не достигая оболочки шара. Корабль вновь начал снижаться, все ускоряя движение. В довершение всех бед остановился винт двигателя.

– Все лишнее за борт! – скомандовал Варсен Калан. – Живее! Господин Шейдер, вы в порядке?

Гирп Шейдер поднял руку, подавая сигнал, что еще жив.

– У нас нет ничего лишнего, господин Калан! – крикнул барон Дитц.

Капитан отбросил парусину, укрывавшую весь груз.

– Один ящик провизии и один бочонок с водой, – указал Варсен Калан. – Все остальное за борт!

– Да вы с ума сошли! – возмутился барон. – Здесь все оборудование для исследований!

– Предпочитаете разбиться со всем своим барахлом? – спросил капитан.

Он сам схватил ближайший ящик.

– Стойте! – крикнул Корт Ферган. – Земля!

Он указал за борт. Воздушный вихрь, трепавший корабль, выбросил его из шторма. Сквозь клочья тумана впереди проступили очертания берега.

– Мы добрались до осколка! – воскликнул барон Дитц.

– И нас несет прямо на него, – заметила Майра Станг.

– Что ж, будем падать, – произнес капитан Калан. – Держитесь крепче!

Дымка тумана полностью рассеялась, открыв взорам огромную территорию, покрытую лесом.

глава пятая

Выбравшись из зарослей папоротника, Варсен Калан крикнул:

– Грэм! Где ты, Грэм?!

– Я здесь, сэр! – послышалось в ответ за спиной откуда-то сверху.

Варсен Калан оглянулся. Корпус корабля висел над землей, зацепившись за обломанные вершины деревьев и воздев корму к небу. Грэм барахтался в оснастке носового паруса, пытаясь выбраться из обрывков парусины и тросов.

– Ты цел? – спросил мальчишку Варсен Калан. – Руки-ноги на месте?

– Я в порядке, сэр.

– Господин капитан, остальные члены экипажа вас не интересуют? – послышался насмешливый голос барона Дитца.

Сам он сидел верхом на толстой ветке футах в пятнадцати от корпуса корабля.

– Безусловно интересуют, господин барон, – заверил его Варсен Калан, даже не улыбнувшись. – Вижу, вы в порядке. Господин Ферган! Где вы?!

– Я здесь, – отозвался доктор, появившись из зарослей с другой стороны и утирая платком кровь из царапины на лбу.

– Вы в порядке?

– Не совсем. Я где-то обронил пенсне.

– Ну, это не самая большая потеря, – успокоил доктора Мильгран Дитц, спускаясь с дерева.

Левый рукав его камзола лопнул, обнажив рубашку, но в целом барон выглядел вполне неплохо.

– Госпожа Станг! – продолжал опрашивать капитан членов своей команды. – Вы целы?

– Я-то цела, – недовольным тоном отозвалась инженер, показав над бортом свою всклокоченную рыжую шевелюру. – Зато корабль вы разбили вдребезги. И беретку никак не найду.

– Господин Хэрп?!

– Я в порядке, а вот господин Шейдер, кажется, не очень, – ответил геолог с корабля. – Господин доктор, вам бы лучше взглянуть на его ногу.

Барон Дитц, Варсен Калан и Корт Ферган подошли ближе к корпусу корабля, застрявшему на деревьях. Задрав голову, доктор озадаченно пробормотал:

– Ну и как туда забраться?

– Грэм! – окликнул капитан мальчишку, уже освободившегося из паутины тросов и перебравшегося на корабль. – Сбрось лестницу!

Через минуту с борта корабля вниз развернулась веревочная лестница. Корт Ферган осторожно и неуверенно полез наверх, за ним последовали барон Дитц и Варсен Калан.

Гирп Шейдер лежал среди обломков опустевших угольных ящиков, его правая нога и в самом деле выглядела неестественно. Проведя беглый осмотр, доктор Ферган заключил:

– Перелом. Несложный, кости легко вправить. Придется наложить шину. Господа, придержите его. А вы зажмите вот это.

Корт Ферган схватил болтавшийся перед носом химика конец каната и всунул ему в зубы. Судя по округлившимся глазам Гирпа Шейдера, когда доктор принялся вправлять обломки кости, такая предосторожность не оказалась лишней. При помощи Варсена Калана и Джарта Хэрпа доктор наложил шину на поврежденную ногу химика, использовав для этого обломки досок от угольных ящиков.