– Нет! – закричала Ванда. Танос отбросил ее в сторону.

Титан повернулся к Вижну, схватил его за горло, поднял над землей и вырвал у него из лба Камень. Лицо Вижна сморщилось, тело обмякло и рухнуло.

Танос поднес Камень Разума к Перчатке Бесконечности и вложил его в последнюю свободную выемку. Титана омыло волной космической энергии, никому не знакомой со времен Большого взрыва.

Танос выгнул спину и зарычал. Он поднял руку. Энергия гудела.

Шесть Камней Бесконечности пульсировали в унисон. Танос смотрел на них, не в силах оторвать взгляда. Он не заметил, как сверкнула молния и ударила его в грудь, мощно толкнув назад и заставив снести несколько деревьев.

Следом появился Тор. Он размахнулся и метнул Гром-секиру – орудие с глухим стуком вошло в грудь Таноса.

Асгардец подошел к задыхающемуся титану.

– Я же говорил, что ты поплатишься жизнью, – сказал Тор и вогнал секиру глубже в плоть Таноса.

Хватая ртом воздух, Танос посмотрел сыну Одина в глаза и улыбнулся как будто в ответ на шутку, которую знал он один.

– Надо... было... целиться... в голову, – проговорил Танос и поднял руку. Тор увидел, что на Перчатке Бесконечности светятся все шесть Камней, и от ужаса распахнул глаза.

– НЕТ!

Танос щелкнул пальцами.

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

ТАНОС, в тунике и без Перчатки, вышел из простого здания посреди мелкого водоема. Это было не на Земле. Он и сам не знал, где находится.

Какой-то звук заставил его обернуться. К титану направлялась маленькая зеленокожая девочка.

– Дочь?

– У тебя получилось? – спросила она.

– Да.

– Чего тебе это стоило?

Тяжело вздохнув, Танос ответил:

– Всего.

* * *

В ОДНО мгновенье, так же, как разум Таноса перенесло в то незнакомое место, он снова оказался на Земле, в Ваканде. Тор нависал над титаном.

Танос посмотрел на потрескавшуюся обгоревшую Перчатку Бесконечности, в которой все так же светились Камни. За его спиной открылся портал, и Танос исчез, оставив землян выяснять, что же случилось. Портал закрылся, и Гром-секира рухнула на землю.

– Что ты сделал? – закричал Тор, но Та- носа уже не было.

Подбежал Стив.

– Куда он делся? – спросил Роджерс асгардца, но тот не ответил. – Тор, где он?

Баки, переваливаясь, вышел на поляну.

– Стив? – только и смог сказать он, а затем выронил оружие и рассыпался в пыль. Капитан Америка побежал туда, где только что был его друг, но от Барнса остался лишь серый пепел.

М’Баку беспомощно смотрел, как вокруг него обращаются в пыль жители Ваканды и его воины.

– Генерал, поднимайся! Не время умирать! – Т’Чалла пытался помочь своей верной соратнице встать, но начал растворяться в воздухе. Окойе пыталась нащупать останки своего исчезнувшего короля.

На поляне возле Окойе Ракета присел рядом с Грутом, который тихо и безболезненно разлетался пеплом.

– Я есть Грут, – тихо проговорило Древо.

– О! О нет, нет-нет-нет! Грут! – Ракета потянулся обнять лучшего друга, но от Грута уже ничего не осталось. – Нет! – воскликнул енот, когда на землю вокруг него осела пыль.

Ванда положила безжизненное тело Вижна на колени и с улыбкой обращалась в пыль. Ей было легко: она знала, что больше ни секунды не придется провести на этой планете без своего любимого.

Сокол попытался встать, но тут же рассыпался – никто не успел понять, где он приземлился. Пепел, оставшийся от одинокого и испуганного героя, развеяли ветра Ваканды.

– Сэм? – крикнул Роуди, подбегая туда, где только что погибал его друг. – Сэм, отзовись!

Никто не ответил.

* * *

НА ДРУГОМ КРАЮ галактики, на Титане, Мантис подняла глаза к небу.

– Что-то случилось, – сказала она и рассыпалась в пыль. Тони с ужасом смотрел на нее. Дракс поднял голову.

– Квилл? – произнес он и смешался с песками в руинах Титана.

Перепуганный Квилл перевел взгляд на Тони.

– Так, спокойно, Квилл, – проговорил Тони, подходя к нему.

Звездный Лорд опустил глаза на свои руки, наверное, почувствовав неладное. Он только и смог сказать: Ну блин! – и разлетелся по ветру.

Из-под обломков ступенек Доктор Стрэндж позвал Железного Человека.

– Тони. – Мистик дождался, пока Старк посмотрит на него. – Иначе было нельзя.

С этими словами он тоже превратился в пыль.