То, что эта «Алёнка», могла бы стать товаром только для одного единственного посетителя, зато с осень нестандартными запросами - я даже заикаться не стал. По опыту общения с затянутыми в этот грязный бизнес девчонками из Таганской Нахаловки, которых мне порой приходилось охранять по заказу бугра, знаю, что на словах, для женщины, «изнасилуют и убьют», звучит куда как менее страшно чем «будут насиловать всю оставшуюся жизнь». Это потом, когда всё уже случилось, остаётся единственное желание - выжить, а ещё лучше - отомстить, но по началу, если конечно достаточно взрослая, чтобы понять что происходит, смерть вообще кажется единственным выходом.

– Да как, так-то, - пролепетала, наконец, девушка.
– За что ж меня-то...

– Не обольщайся, - отмахнулся я.
– Не только тебя. Ты ведь недавно приехала?

– Ага...
– она потешно кивнула.

– А это значит, что на вокзал пришёл пригородный поезд, так называемая «шпрота», - пожал я плечами, - состав, подбирающий желающих попасть в Полис на полустанках в Зелёной зоне. Самое «рабочее» время для таких вот ублюдков...

Я от души пнул по рёбрам, застонавшего в беспамятстве бандита с вывернутой рукой.

– Сейчас подобные вот прохиндеи, во всю обрабатывают других деревенских девушек, что прибыли вместе с тобой, - произнёс я, глядя ей прямо в глаза.
– Так что скоро в публичных домах на самом дне будет пополнение.

– Им... Им же нужно помочь!
– воскликнула Алёнка, судорожно теребя свой узелок.

– Знаешь, - я тяжело вздохнул.
– Вот пусть кому нужно, тот и помогает. Для этого вообще- то в Полисе специальные люди есть - городовыми называются! А я здесь вообще, случайно и по делу. Радуйся, что заметил, что эти двое на тебя нацелились.

– Мальчик, миленький...

« Хм... «Мальчик», - удивился я такому обращению от той, которую спас и вроде бы как учу уму-разуму.
– Ну ладно хоть не «девочка»! И на том спасибо...»

– ...а как бы мне домой, к батеньке и матушке вернуться?
– в огромных наивных глазищах выступили слезы.
– Страшно тут у вас в городе. И людей разных много и вот... Ты не подумай, у меня денюжка на поезд ещё осталась! Вот только не знаю теперь куда идти, чтобы опять на вокзале оказаться. Потерялась я.

– М-да...
– я потёр переносицу.
– Ответ «Быстро - Никак» тебя устроит. Подожди, не плачь... Просто «Шпрота» ходит раз в трое суток, отправляясь из полиса и возвращаясь назад этим же днём. Так что надо подождать . А то даже если заплатишь полную цену за билет до Архангельска, «Перевозчики» для тебя состав останавливать не станут. Есть, конечно, вариант найти «своих» купцов или поставщиков и возвратиться домой с их обозом под охраной...

«Не вариант...
– понял я, глядя на зашмыгавшую носом девицу.
– Предлагать отправиться через Запретную Зону вообще самостоятельно и пешкодралом, даже не стоит!»

– Ты в Москву то, - задал я вопрос, чувствуя, что сейчас польются реки слёз, - зачем приехала?

– Так денежек для семьи заработать, - всхлипнула девушка.
– Дома в этом году плохо, пшеница не уродилась, репку червь пожрал, а коровок и свинок - чудища залётные задрали! Дед Мыкула с ними еле-еле справился. А я... я шестая дочка - лишний рот, да и женихов для меня в Посаде нормальных нету, маменька с папенькой за Ваську-солдата выдать хотели, так ведь он и сам кривой-косой и третью жену недавно схоронил... Зачем мне такой. Вот я и...

– Сбежала, - закончил я.

– Ага...
– всхлипнула девица и всё-таки разревелась.

– Хм... знаешь, - я задумался над тем, оторвёт ли мне вечером уши Ольга Васильевна или нет, как со стороны входа в проулок раздался визгливый крик.

– Вот он! Вот! Господин городовой! Вот он душегуб!
– разорялся невысокий парень, которого я к своему стыду заметил, но к бандитскому подряду «стрёмовым» не приписал.
– Юшка, то есть Юрий и Ефим, помочь девице хотели, а этот за ними проследил и как налетит...

– Разберёмся гражданин, не волнуйтесь, - из-за угла вальяжно вышел из-за угла здания мужик в форме городового, и с ходу начал наезд.
– Так, что ж это мы порядок-то нарушаем. Честных обывателе...

Взгляд служивого, брошенный на лежавших у моих ног бандитов, зацепился за мои сапоги, скользнул по форме и замёрз, прилипнув к клановой тамге. Я, как мне показалось, реально услышал мыслительный процесс блюстителя порядка, а точнее как его шарики в голове, скрежещут о ролики, рождая нужную мысль. А затем он вдруг резко развернувшись пробил прямой в челюсть не ожидавшего подобного фортеля «стремового».