Это не я…к жизни меня вернула ледяная вода, хлынувшая на меня из душа. Ее потоки обрушились на мою голову, холодом своим, смывая с меня последние остатки детства. Я замолчала. Все закончилось, моя душа, издав истошный крик умерла. Больше не осталось меня, не осталось ничего.

Он искупал меня, смыл кровь. О том, что я еще жива напоминали лишь пощипывающие от воды коленки.

Вот, я словно в кокон, завернутая в большое полотенце вновь у него на руках, он несет меня в спальню, укладывает в кровать и заботливо укрывает одеялом. Его губы слегка касаются моего лба, и я остаюсь одна. Какая громкая, кричащая тишина, как тесно в этих стенах. Стены… они все видели, они все знают. Я постепенно погружаюсь на самое темное дно своего сознания и проваливаюсь в сон.

Не знаю, сколько я проспала, но, когда он прервал мой сон за окном была уже глубокая ночь. Я почувствовала его теплую руку на лбу. Открыв глаза, я не сразу вспомнила, что произошло. Однако, память вернулась, едва он коснулся меня взглядом.

– Проснулась? Хочешь чаю?

Его голос был наполнен покоем. Говорил он так, словно ничего не произошло, словно это не он несколькими часами ранее вынул из меня душу.

Я отрицательно помотала головой и натянула одеяло повыше, закрыв часть лица. Хотелось залезть поглубже в кровать, спрятаться от него, чтобы больше никогда не видеть, никогда не слышать и никогда, ни за что не касаться его.

Поверх одеяла он приложил руку к животу и с ноткой заботы в голосе спросил

– Тебе, все еще больно?

Вопрос был, будто с издевкой. Можно подумать, его действительно волнует больно ли мне. Ведь, не волновало, когда он…. А что он делал? Я даже не знала, как это назвать. Я осознавала, что это что-то очень плохое, грязное, что то, что нельзя делать. Но никак не могла придумать этому название.

Я отвела глаза и еще больше погрузилась под одеяло. Он попытался дотронуться до меня, но я резко отпрянула назад. Он тяжело вздохнул

– Ты, что-нибудь хочешь?

Конечно я хочу… хочу, чтобы ты исчез, чтобы я исчезла, чтобы исчезло все это, чтобы всего этого не было.

Но, я снова молча помотала головой. Все внутри меня кричало, мои мысли рвались наружу, а я слова не могла выговорить

Он приобнял меня, и я замерла, дыхание стало тяжёлым, во рту пересохло, меня охватил ужас. Неужели опять…я боялась пошевелиться. Он поцеловал меня в макушку и вышел. Как мучительно долго тянулись эти секунды, отдалявшие его шаги от меня.

Как страшно оставаться наедине со своими мыслями. Что же пошло не так? Что привело к тому, в каком положении я сейчас нахожусь? Что я делала не так? Разве я не слушалась маму? Разве огорчала ее? Мама… почему ты не оказалась рядом? Почему не спасла меня? Чем я заслужила все это? За что мне причинили такую боль, за что растоптали, уничтожили меня? Разве такими должны быть мысли девятилетней девочки, разве они должны лишать сна ребенка?

Я помню каждую секунду того дня в мельчайших подробностях.

Помню нежно голубое небо, знаете, такое, которого непременно хочется коснуться, попробовать на вкус, кажется, оно напоминает зефир. Такое небо никогда не предвещает беды. Помню, палящее солнце, зной которого разливался по земле, проникая в самые узкие улочки, не щадя никого.

Я всегда любила лето, как, наверно все дети, ведь, это пора бесконечно веселых приключений и забав. Мое задорное настроение не омрачал даже отъезд мамы в командировку. Во-первых, это было, всего на неделю, во- вторых, я оставалась с дедушкой, а уж с ним мы найдем способ весело скоротать деньки.

Мама уже стояла у порога, когда я вышла

– Аминка, ты, хотя бы, проводи меня, а то, смотрю, ты мое отсутствие и не заметишь.

– Мамочка, ты же сама сказал, что это не на долго.

–Конечно, не на долго, но, я все равно, буду скучать. А ты, разве нет?

– Но, мамочка, со мной же останется дедуля. Думаешь, у меня будет время скучать?

Мама рассмеялась, крепко меня обняла, поцеловала и вышла. Во дворе ее уже ждал дедушка. Я закрыла дверь и, вдруг, неожиданно для себя поняла, что проведу без мамы целую вечность. Мне ужасно захотелось ее обнять. Я так испугалась, что она уже уехала, так и не обнявшись со мной. Выскочив за дверь и слетая вниз по ступенькам, легко преодолевая пролеты один за другим, я выбежала из подъезда и, буквально бросилась в объятия мамы. Она пошатнулась, то ли от неожиданности, то ли, от силы, с которой я накинулась на нее. Слезы блеснули на ее глазах.

– Я скоро вернусь, милая, обещаю, еще кучу подарков привезу.

Она вновь крепко обняла меня. Нас прервал дедушка

–Амишка, ты что хочешь, чтобы мама опоздала и никуда не уехала? А как же, тогда наши шалости?

С нескрываемой хитростью сказал дедушка и подхватив меня поднял на руки. Конечно, мне нравилась такая забота, но ведь могли увидеть ребята со двора, уж тогда от дразнилок не обойдется, поэтому, я запротестовала

– Пусти, деда! Я же не маленькая, чтобы ты меня на руках носил