Я покачала головой.

– Это не под силу магам жизни. Я не знаю, как она это сделала… она была магом разума?

– Нет. Но у демонов есть определенная власть над их детьми.

– Вот как?

– У демонесс. Пока они их носят, кормят… ребенок в полной власти матери.

Я кивнула.

– Да, понимаю. И она могла приказать, что угодно.

– Да. Она необратимо навредила Анри?

Я улыбнулась.

Как же приятно было произнести эти слова, как же хорошо…

– Нет. Ничего непоправимого не случилось.

Алекс выдохнул. Словно только что вынырнул на поверхность с тридцатиметровой глубины.

– Да?!

И столько надежды, столько счастья…

– Я не знаю, как это назвать научно.

– Плевать! Скажи, как можешь!

– Я с этим справлюсь, хотя придется повозиться. Мать, наверное, справится, хотя ей будет намного сложнее. Она слабее меня. Это… твой сын заблудился в пустыне, в песчаной буре. Он ничего не видит – она воет. Не слышит…

– Я знаю, что такое песчаная буря. Попал однажды.

– Тебе было там легко?

– Нет. Это страшно… он – там?

– Это выглядит именно так, – мы спонтанно перешли «на ты», но я не считала нужным поправлять Алекса. Или исправляться сама. Я уже говорила, что мои манеры оставляют желать лучшего? – Он внутри кокона песчаной бури. Не знаю, как он это выдержал, возможно, понадобится много работать…

– Спасибо, Шайна.

Я покачала головой.

– Пока – не стоит. Сейчас я чуть-чуть перенапряглась, это верно. Но… твой сын знает, что он там не один. Теперь он будет ждать, а может быть, и поможет.

Алекс молча поцеловал мне руку.

Я посмотрела на крохотную фигурку, скорчившуюся на кровати.

Не знаю, что там от отца, что от матери, ничего не понятно. Волосы точно отцовские, белые… коротенький ежик. Видимо, длинные отрастить не получилось. Не в этом состоянии.

– Маги жизни его успокаивают. А надо его оттуда вывести. Сколько было лет малышу?

– Один день, – развел руками Алекс.

– Тогда… сложно придется. Он как ребенок, ничего не поймет, это и к лучшему. Но его придется учить с пеленок, как ребенка. Однодневного малыша, которого накрыло вот этим…

– Мелочи. Мы, демонята, растем гораздо быстрее.

– Физически?

– Умственно.

Я смолчала. Не буду я язвить, вот просто – не буду! И вместо этого предложила:

– Может быть, пойдем обратно? Хотелось бы что-то перекусить, да и переодеться перед ночной вылазкой. Не так же идти?

В глазах Алекса заплясали смешинки.

– Это верно. В этих юбках лучше по дворцу ходить… скажи, а если я тебе дам мужской костюм?

– Штаны и рубашку? Согласна! – тут же кивнула я.

Алекс поднял брови.

– И возмущаться не будешь?

Я от души рассмеялась.

– Я же дочка лесника! Ты думаешь, я по лесу в платье бегала?

Ладно еще дома. Там мама настаивала. А по лесу – только в штанах и рубашке, кто меня там видит-то? И вообще, какая дура пойдет в лес – в юбке? Тут либо под низ штаны пододевай, либо тебя так обгрызут комары, что жизни рада не будешь. А еще клещи есть, крапива, осока, слепни, мошкара…

Проще не морочиться и сразу штаны надеть.

Принц улыбнулся в ответ.

– Наверняка, где-то осталась моя старая одежда. И там найдутся и штаны твоего размера, и рубашка… хотя рубашку придется брать побольше.

Глаза его были направлены… на это самое «побольше».

Я фыркнула.

– Думаю, найдется что-нибудь?

– Я тоже так думаю. Идем.

Слуга смотрел не слишком одобрительно, но одежду выдал. Нашел для меня штаны из тонкой черной замши, которые оказались впору в талии, а вот ниже слишком сильно обтягивали. Ну да ладно, кому там смотреть-то ночью?

Нашлась и белая рубашка с пышным кружевом, и курточка из мягкой кожи в тон. Так и тянуло рукой погладить. Так я и явилась пред светлые королевские очи.

– Шани, ты шикарно выглядишь, – отвесил комплимент Рамон.

Эрик и Алекс посмотрели на меня. Алекс даже присвистнул.

– Потрясающе.

Я застеснялась и, чтобы скрыть смущение, пожала плечами.

– Я хотела другую рубашку, чтобы в темноте было меньше видно, но слуга принес только эту.

– И правильно сделал, – твердо решил Алекс.