— Нет. Обычно она вполне послушный и спокойный ребенок. На моей памяти впервые убежала. В остальном обычный ребенок, насколько я могу судить, — и вдруг поделился наболевшим: — И даже понять не могу, как именно ее из виду упустили. Шустрая засранка, даже по камерам не уследили.

— Сильно досталось от начальства? — посочувствовала я. Мысленно старалась себя заверить, что если сейчас Алиска получает по мягкому месту под аккомпанемент родительских угроз на тему оставить на год без сладкого и так далее, то за дело. Надо думать, заставить родных так переживать! Однако, сердце болело за одну непоседу, против воли. Наверное, потому что сама не раз сбегала. И получала по первое число. Вероятно, это такой ритуал взросления. Без «люлей» вырасти нереально.

— Не успели, — грустно усмехнулся он. — Босс как узнал о пропаже, сразу же ринулся на поиски вместе с охраной. Тут не до выговоров. Хотя, наверное, это еще только предстоит. Во всяком случае, хозяину уже доложили, что Алиска вернулась, и скоро должен вернуться. Вот тогда по шапке все получат. Он хоть и справедливый, но мужик строгий. А на этот раз имеет полное право злиться.

Я согласно кивнула и остановилась у своих ворот.

— Мы пришли. Спасибо, что проводил.

— Не за что, русалка. Может, еще увидимся, — подмигнул он и отправился восвояси.

— Иду! — громко крикнула я, накидывая халат на ходу. Стук в дверь повторился. Да кто же там такой нетерпеливый? — Иду уже! А, черт! — споткнулась я о коврик, и чуть было не поцеловалась с дверью, в которую упорно стучали на зависть всем дятлам. — Кто там? — спросила я, помня, что на улице ночь, я дома одна, а дом у меня вообще в тупике. Чем не сюжет для очередного ужастика? А я осторожная, триллерами ученая, потому посторонним без взрослых не открываю. Ага, родители могли бы гордиться такой дочерью.

Судя по тому, что стучат в дверь дома, а не калитки, последнюю я благополучно забыла закрыть. Гордость родителей несколько померкла. Нужно хоть глазок в дверь вставить, что ли. Перекрикиваться жуть как неудобно.

— Я Ваш сосед. Хотел поблагодарить за то, что привели дочь, — послышался ответ. Подумала немного и себя оглядела. Стук в дверь застал меня, когда я выходила из ванной. Майка и пижамные шорты, а сверху шелковый халатик, который длинной не отличается. Вот и все во что я одета. А не мог бы он со своими благодарностями потерпеть до завтра? Что за срочность?

Потом вспомнила, в чем у него ходит жена. И вообще, жену вспомнила. Понимая, что с такой благоверной, ему мои голые коленки даром не сдались, рискнула открыть дверь. Но в халат укуталась плотнее. Кто его знает этих богачей, может модели надели и ему экзотику подавай?

Экзотика в моем лице уставилась на мужчину чуть выше среднего роста, немного за тридцать, с копной светлых волос и знакомым цветом лазурных глаз, как у его дочери. Мимолетно отметила, что от матери Алиса не унаследовала ничего.

Мужчина замялся, так же внимательно разглядывая меня, затем как-то странно широко улыбнулся и заметил:

— Так вот как выглядят русалки?

— Да вы, должно быть, издеваетесь? — возмутилась я. Ладно маленькая девочка так называет. Ей, в силу возраста, можно. Допустим, охранник пошутил, но тут я сама ему рассказала. Но теперь еще один индивид изволил шутить! А это уже начинает раздражать.

— Что? — перестал он улыбаться, и внимательно на меня посмотрел.

— Ничего, — буркнула я. — Вы, кажется, благодарить хотели. Так что, будьте добры, благодарите и не задерживайте. Я, знаете ли, спать хочу. Время позднее, — сварливо заметила, чувствуя, что раздражаюсь на пустом месте. Сказывается усталость.

— Так, может, я пройду?

— Зачем это? — удивилась я и покрепче вцепилась в дверной косяк. В моем понимании, благодарить можно независимо от того, где стоишь: в доме, или на крыльце. Так что ему мешает? Обстановка должна быть подходящая? Или он боится, что его подслушают и используют в качестве компромата?

— Ну, не здесь же? — возмутился он, тоже не понимая моей позиции.

— А где? Хочу Вам напомнить, что мы с Вами даже не знакомы. Так с какой, такой радости, я должна впускать в дом совершенно постороннего и незнакомого человека?

— Александр, — представился он и обаятельно улыбнулся. Так, во всяком случае, ему казалось. По его задумке, вероятно, я должна была растечься лужицей, и уже усаживать его на свой диван как дорогого гостя, предлагая тому яства различные, потехи полезные и т. д., что положено гостеприимной хозяйке. Лужица у меня, конечно, натекла, но только с капающих, мокрых волос, после душа. А вот сама таять, я была не в настроении. И вообще хотелось, наконец, закончить этот бесконечный день. — А Вы — Марина, верно? — не дождавшись от меня ответной любезности, спросил он.