Приятно получать золотые погоны. Когда я в первый получил золотые погоны, то я как лошадь постоянно осматривал их, не поворачивая головы.

— А вот это ещё подтверждение вашего офицерского состояния, — сказал генерал-губернатор и вручил мне эполеты с тремя звёздочками.

— Служу Царю и Отечеству! — сказал я.

— Не посрами нас, сынок, — напутствовал меня генерал Надаров.

Вышедший вслед за мной подполковник Скульдицкий сказал, что по приватным данным, за моё производство в поручики перед царём ходатайствовал и сам святой старец Григорий Ефимович Распутин.

— Вы-то откуда старца знаете? — недоумевал жандарм.

— Да как-то так, познакомились на съезжей в полицейском участке, — рассказал я, — он был арестован по хлыстовскому делу в прошлом году. Поговорили с ним малость, дал ему внушение, чтобы не охальничал, но я не говорил, кто я такой, вот что удивительно.

— Да уж, — согласился Скульдицкий, — тут без Божьего промысла не обошлось. Только вы не зазнавайтесь и, если что, помогите жандармскому отделению одолеть революционную заразу.

— Если сами не будете плодить революционеров, то помогу, — пообещал я.

Прямо из генерал-губернаторства я поехал на извозчике на вокзал, чтобы встретить МН, возвращающуюся из Тобольска после сдачи экзаменов.

Сначала МН пыталась обойти меня на перроне стороной, выглядывая, вероятно, меня, но не находя взглядом.

— Сударыня, — остановил я её, — это же я вас встречаю.

Если бы не условности, то МН бросилась бы ко мне на шею и повисла на ней, сообщая об успешной сдаче экзаменов.

Взяв чинно меня под руку, она степенно пошла по перрону, неся в правой руке коричневый медицинский саквояж.

На извозчике мы приехали домой и тут дали себе волю нашим чувствам.

— Поздравляю нового младшего врача, — сказал я и поцеловал МН.

— Поздравляю господина поручика, — сказала МН и поцеловала меня.

Я читал её диплом, а она гладила мои эполеты. Очень хорошо, когда хорошие события совершаются сравнительно часто. Если они не совершаются сами, то их нужно совершать самим. Допустим, принести любимой женщине кофе или чай в постель. Устроить праздник и повести свою даму в ресторан или в театр.

Моя рота и офицеры корпуса были в изумлении. Был зауряд-прапорщик с одной одинокой звёздочкой на офицерском галуне вдоль офицерского погона, и вдруг стал поручиком с тремя серебряными звёздочками на золотом с красным кантом погоне с одним красным просветом.

Рота меня поздравила и вообще задрала нос, типа, смотрите, какой у нас командир.

Представился заместителю директора корпуса по строевой и учебной части. Зашёл к капитану Демину, подполковнику Шмидту в кадровое отделение.

У Карла Ивановича я поинтересовался, как быстрее собрать реверс молодому офицеру.

— Скажу вам по секрету, — сказал подполковник Шмидт, — наверху прорабатывается вопрос об отмене реверса вообще и о представлении офицерскому собранию права определять пристойность женитьбы офицера. Так что, мой вам совет — подождите немного, если нет никаких форс-мажорных обстоятельств, то ваша женитьба не будет такой уж обременительной, кроме того ваше жалование на должности командира роты увеличится до тысячи рублей в год. Кстати, вы когда собираетесь посетить Офицерское собрание?

— Не знаю, господин подполковник, я всё-таки из нижних чинов и не хочу попасть в неловкое положение, когда аристократы откажутся подавать мне руку для приветствия, — сказал я. — Если будет приглашение, то я обязательно приду. Но для получения приглашения кто-то должен рекомендовать меня, стать поручителем.

— Вообще-то вы правы, — сказал Карл Иванович. — До полного демократизма в офицерском обществе пока далеко. Я при случае намекну Александру Ардалионовичу, он обязательный член Окружного офицерского собрания и к вам явно благоволит.

Диплом МН и мои погоны "обмывали" в ресторации "Иртыш" в прежнем составе.

ИП сетовал на то, что МН могут перевести в другую больницу как дипломированного врача, а он так привык, что она постоянно ассистирует ему.

— Буду просить, чтобы её оставили в нашей больнице младшим врачом, — сказал ИП, — хотя не всю же жизнь она будет в этой должности. Да и вы, господин поручик, тоже долго не задержитесь на одном месте. Вы так стремительно растёте, что через год-два уедете в Николаевскую военную академию и будете потом генералом, забыв наши весёлые посиделки в этой ресторации.