В очередном магазине бижутерии Рагнар, как и везде, пересмотрел всю витрину, затем что-то негромко уточнил у молодого фламина, стоявшего за прилавком, и с сожалением громко обратился уже к спутнице:

– Дорогая, у них тоже нет полного комплекта. А покупать по отдельности в разных магазинах, как мне сейчас объяснил вот этот молодой человек, есть вероятность, что потом встроенные системы придется синхронизировать. Помнишь, ты тогда к маме поехала и без доступа в Сеть оказалась? Из-за этой, как ее, синхронизации. Заказывать ее отдельно – еще полцены комплекта.

Лена подыграла, пусть ничего и не понимала. Надула губки и с точно выверенным раздражением ответила:

– Солнышко, это дорого выходит.

– Вот этот же молодой человек говорит, что у них есть полный комплект в филиале в девятом секторе. Но это – полчаса в один конец.

Лену осенило: родной девятый – это же рядом с сектором грузовых перевозок!

– Ну… время у нас есть. Если ты хочешь, я не против…

– Хорошо. Молодой человек, сообщите, что мы будем… М-м-м… Примерно через час-полтора. Пусть нашу покупку подготовят.

Когда они уже сидели в вагоне монорельса, Лена рискнула поинтересоваться:

– Тебе нужен был повод поехать в девятый, а оттуда в порт? Непопулярное место, туристы там редко бывают. А тут не сами, а посоветовали? Не выделяться, и пусть ищут среди кучи туристов, которые на самом деле фальшивые?

Рагнар добродушно улыбнулся и подмигнул.

– Умница. И это тоже, конечно. В училище Легиона меня обучали самой разной всячине. К тому же мой вирус уже внес нашу внешность в основную базу данных въехавших туристов. Фальшивку расколоть можно, но это немалое время. Если вообще догадаются ее искать. Главное – не давать повода, а заодно где-то выждать точно полчаса. Сейчас по всем камерам наблюдения и согласно памяти турникетов я добрался до пассажирского вокзала, купил билет и нахожусь где-то в зале ожидания. Когда обнаружат, что приказ на отпуск поддельный…

– Если обнаружат? – машинально уточнила Лена.

– Когда. Убытие старших офицеров всегда подтверждается через канцелярию командующего дивизией генерала. Через два часа начнется регистрация на мой рейс, сразу отправится запрос и пойдет тарарам. Но искать, как я надеюсь, начнут с вокзала. Проверят зал ожидания, потом – не отошел ли я где-то поблизости. К этому моменту мы должны быть на каком-то корабле и отчаливать. Или вообще оказаться уже на подходе к гипертоннелю.

В девятом секторе прогуливаться Рагнар не стал, сразу ухватив Лену за руку, чтобы случайно не отстала, быстрым шагом двинулся вперед. Вскоре начались хорошо знакомые ей узкие стерильно-чистые светло-зеленые и светло-серые коридоры и экономное освещение. Портовая часть станции.

Уверенность и спокойствие, которые наполняли с момента, когда Рагнар ее первый раз поцеловал, понемногу начали исчезать. На их место капля за каплей просачивался страх. А через пару сотен метров Лена ахнула и поняла, что дрожит: да они же идут к кафе, где она работала!

Рагнар перехватил затравленный взгляд и плотоядно пояснил:

– У меня есть несколько вариантов раздобыть корабль. Я решил, почему бы заодно не сделать тебе приятное?

И ровным шагом невозмутимо двинулся дальше, заставляя девушку семенить следом. Уже на пороге кафе Рагнар набросил на себя и на Лену иллюзию. Еще на двух типичных завсегдатаев никто не обратил внимания. Как и на то, что они сразу прошли в служебную часть: значит, так и надо. А если не надо, Салим их сам выставит.

Одной лишь автоматике Салим не доверял: около кабинета стоял охранник. Рагнар, не задерживаясь, стремительным змеиным движением ткнул мужика пальцем в лоб, затем вошел в кабинет. Лена следом. Охранник тут же осел на пол и застыл безжизненным мешком. Рагнар оставил Лену стоять у двери, а сам мгновенно пересек кабинет, выдернул хозяина из-за стола и швырнул в угол. Лена удивилась: бывший ворон не выглядел таким уж силачом, а Салим даже не смог сопротивляться.

– Ну что, дорогой? Узнаешь?

Салим бросил взгляд на Лену – с той как раз стек фальшивый облик. Пару секунд всматривался, потом зло и с презрением ответил:

– Вот, значит, как. Шлюха, хоть и ломалась. Но умная. Под Мастера искажений легла.

Лена вздрогнула. Салим все-таки сумел напугать. Одновременно захотелось расцарапать негодяю лицо, но для хозяина борделя девушка будто бы и не существовала больше. Он перенес взгляд на Рагнара.

– И что ты хочешь от меня? Я ей ничего сделать не успел. Шел бы ты по-хорошему. Согласен признать, что мы друг друга не знаем. Буянить не советую. У меня есть связи и…

– И влиятельные партнеры, – равнодушно прервал его Рагнар.

Лена почувствовала, как внизу живота появился склизкий противный комок и подскочил куда-то к горлу: таким могильным холодом повеяло сейчас от беглого ворона. Понял, как ошибся, и Салим. Глаза его забегали, по виску потекла струйка пота.

– Добавь, что за убийство или телесные повреждения вне самообороны любого Мастера искажений ждет обвинительная коллегия. Мне плевать. Одним пунктом в приговоре больше, одним меньше.

Кисть правой руки Рагнара окутало пламя. Лена спокойно осталась стоять: подумаешь, еще одна иллюзия… Рагнар схватил огненной рукой Салима за ухо. По кабинету противно пополз запах паленого мяса. Девушку передернуло, от зрелища во рту появился неприятный привкус. Салим задергался и заорал, выпучив глаза, однако вместо крика было слышно лишь какое-то невнятное сипение. Мастер искажений довольно хмыкнул, убрал руку, погасил пламя. Ухо обуглилось, но Салим перестал хрипеть. Лишь дрожал в ознобе так, что зубы громко выбивали барабанную дробь. Вместе с ним, не замечая, дрожала и Лена. Ей захотелось вжаться в стену, слиться с ней, стать незаметной.