– Мы поняли. Спасибо за информацию. – Я бросил монетку парню, и мы поспешили двинуться дальше, продолжая спор: – Рейм, возможно, и сработает при условии проводящего и не заземленного корпуса!

– Если корпус непроводящий, тут другой эффект, друг мой: заряда конденсатора хватит, чтобы прожечь немалую дыру и порядком испортить технику. С заземлением сложнее, хотя наверняка можно что-нибудь придумать!

– Пока не придумали – это игрушка!

Техническая выставка проходила в наиболее просторной части Императорских садов – аллее Фонтанов. Аллея вела к Императорскому дворцу, потому организаторам пришлось постараться, чтобы экспонаты органично вписались в местные виды. И стоило признать, выставка удалась! На фоне аккуратных темно-коричневых крон с набухающими почками – множество навесов разных цветов, в зависимости от представляемой области науки. Это перемежалось композициями каменных фонтанов, оживляющими пространство отблесками солнца в задорно звенящих струях хрустальной воды, которые, в свою очередь, прекрасно сочетались с бликами от полированного металла и стекла представленных изобретений.

– Друг мой, такое чувство, что ты не доверяешь новшествам, окружающим нас! Что кажется парадоксальным с учетом того, как хорошо ты разбираешься в технике! Одно удовольствие с тобой спорить!

– Разбираюсь? Не без того! Но ты прав – не доверяю я технике, ибо это попытка обмануть природу. Обойти ее правила!

– Возможно, ты имеешь в виду «использовать» законы природы?

– Человек использует природу и ее законы с момента обретения разума. А обманывать стал только последнее столетие. Чего только стоят новомодные «квантовая физика» и «молекулярная химия» – чистой воды попытка обойти законы мироздания! «Генетика» и «клеточная биология» – попытки переписать живое под себя. Техника, да и вообще прогресс – это ложь!

– Что же в этом такого? Способности временщиков, Последних и пространственников – это тоже совершенно неестественно, противоречит законам физики, химии, биологии и иже с ними. При этом ты же пользуешься своим даром и предоставляемыми новинками.

– Пользуюсь. Не пользоваться глупо. Хотя стоит понимать, что ложь – всегда плохо! За ложь рано или поздно придется расплачиваться! Прогресса это тоже касается. Стоит только посмотреть, как уничтожаются леса и животные, загрязняются воды и атмосфера планеты. Возможно, ты слышал термин «экология»? Техника уничтожает ее! Или бурно развивающаяся медицина – на каждую побежденную болезнь появляется несколько новых, более страшных. Ты спрашиваешь, зачем мне знания, – чтобы понимать, как природа может ответить на попытку ее обмануть.

– Плохо… хорошо… – Рейм поморщился. – Не теми категориями мыслишь, друг мой! Разделять мир на две грани – значит ограничивать себя. По мне, если имеется возможность чем-то воспользоваться, не стоит думать, хорошо это или нет, – раз возможность существует, значит, она предусмотрена мирозданием, а мироздание никогда не ошибается и тем более не делает ничего зря. Техника, наука, в целом «ложь» – это нечто большее, нежели однотонно окрашенные понятия…

Несмотря на середину буднего дня, на выставке находилось предостаточно чинно одетой публики. У особо занятных мест порой собирались группы или вовсе столпотворения. Однако с некоторого момента я отметил, что данная проблема не касается нас – вокруг всегда имелось место. Вначале не обращал внимания, но чем дольше мы гуляли, тем больше замечал украдкой брошенных косых взглядов и перешептываний за спиной. Большого ума не требовалось, дабы понять: внимание обращено на временщиков. Я, конечно, знал, что к ним отношение в Империи особенное – исторически сложилось, но не настолько же! Хорошо, что Лорн и, главное, Рейм, увлеченный спором, не обращали на подобное внимания.

– Да? Как же тогда охарактеризовать «ложь», если не отрицательно или положительно? Серой необходимостью?

– Фу… Юрий, не разочаровывайте таким банальным взглядом на мир! Очевидно до банальности: ложь – это искусство.

– Искусство?

– Да, искусство… Но, если позволишь, несколько отложим спор. Ибо мы, кажется, достигли цели.

Мы стояли рядом с просторной палаткой… хотя, скорее, небольшим зданием из алой ткани. Над входом красовалось: «Электромагнитное излучение, материалы и техника!», ведущий лекции – инженер Тербий Вронский. Публика бурлила в ожидании, потому совершенно неудивительна оказалась табличка в окошечке кассы: «Контрамарок нет».

– Выступление через пятнадцать минут, – вспомнилась афишная тумба, где Рейм, шумно комментируя все и вся, выбирал, куда идти. – Контрамарки не достать при всем желании!

– Пожалуй, ты прав, друг мой. Тогда пойдем другим путем. Интересно, где вход для персонала? – Рейм двинулся в обход палатки. – Попробуем достать контрамарки у лектора!

– С чего уверенность, что он пожелает спонсировать наше увлечение? Попробуешь своим «искусством» убедить?

– Как ни иронично, но почти. Тербий Вронский – наш добрый знакомый с цеппелина! Думаю, он не успел еще нас позабыть и не откажет провести! Хотя, к Лодуру, есть обходные пути! Кажется, я вижу самого Тербия! Поспешим же!

Услышав собственное имя, инженер, больше похожий на недельного пропойцу, вздрогнул и резко обернулся. Рука характерно нырнула за полу помятого и изгвазданного пальто. Я же дернуться не успел, как почувствовал жесткую хватку Рейма. Мужчина, давно за пятьдесят, к этому моменту разглядел нас… точнее, временщиков, и сразу обмяк. На опухшем лице с клочковатой щетиной заплясала неуверенная улыбка.

– Рейм, госпожа Лорн, какая неожиданность! – вскинул руки Тербий Вронский.

Мы поспешили навстречу друг другу. Лишь сойдясь, я понял: пальто, накинутое на согбенные плечи, на самом деле являлось парой сложенных крыльев, а всклокоченная шевелюра – ворохом черных перьев. Рух-инженер – что-то новенькое, обычно жители горных племен не особо жалуют прогресс. Хотя почему бы и нет? В отличие от других получеловеческих рас, они на особом счету в Империи.

– Да вот, на Техническую выставку пришли, полюбоваться чудесами прогресса. Хотели заодно к тебе на лекцию зайти, ведь твои работы с электричеством – просто нечто! Кроме того, ты обещал представить на выставке что-то невероятное! Но какая оказия – контрамарок нет. Ну и подумали, может, выручишь? – Когда инженер обнялся с Реймом и поцеловал ручку госпоже Лорн, мужчины обернулись ко мне. – Кстати, познакомься, наш новый друг – Юрий Сломов.

– Тербий Вронский. Друг Рейма – мой друг. – Рукопожатие инженера оказалось вялым и влажным, как и скользнувший по мне взгляд. – Истинно, то, что я привез на суд мирового научного сообщества, – настоящая феерия мысли! Не говоря о совершенной симфонии образов в электромагнитном спектре… Очень жаль, что человеческое зрение не приспособлено к подобному! Все злопыхатели, как мои, так и электрической техники в целом, проглотят языки, когда увидят! Но к сожалению, не сегодня. С минуты на минуту сообщат, что лекция переносится на неопределенный срок.