Обоснованием же юридическим отмежевания от Константинополя стала сфабрикованная папистами грамота – “дар” Константинов, о котором было сказано выше.

 Однако паписты – опытнейшие политики! – понимали, что для успеха масштабной церковно-духовной диверсии того и другого мало. Чтобы заиметь в глазах простых верующих всего мира не меньший вес, чем Царьград, – Ватикану возмечталось «обрести» какую-либо великую, невиданную доселе, реликвию христианскую. Впечатляющий сакральный предмет. Объект поклонения и паломничества.

Уникальную реликвию.

Чтобы подобной не было – и не могло явиться – у православных.

А что уж точно мы не могли за реликвию почитать в то время?

Понятно, что такую нелепость, как тот Препуций!

Православные первого тысячелетия ведь хорошо еще помнили, что христианство не только не произошло из иудаизма, но приходилось – как и является – антагонистом ему. И это тогда был один из пунктов (не главный ли?) разногласия ортодоксальных с католиками.

Это можно видеть из даже самой Отлучительной грамоты – документа, который кардинал Гумберт кощунственно швырнул на престол кафедрального храма константинопольского патриарха 16 июля 1054 года. Пункт 8 (из одиннадцати) этой грамоты: «Разрываем евхаристическое общение с вами, потому что вы злословите закон Моисеев». (Гумберт забыл добавить: отрицая его во след апостолу Павлу и самому Христу.)

А по какому закону надлежит обрезание?

По закону Моисееву, который «злословили» православные.

Причем большинство тогдашних православных не допускали возможность принадлежности Христа еврейской нации. Образованные же из этого большинства могли знать и строгие доказательства этой непринадлежности. Они приводятся, например, в моей книге “Благодать и жестокость” (2019) [3] , в главе “Чем чудеса Христа не нравились иудеям”.

По этим причинам не могли православные того времени ни обладать «реликвией» вроде «крайней плоти Господней», ни верить в подлинность оной!

Так что, подделывая Препуций, а потом с этакою «святыней» и отщепляясь, – паписты могли уж не сомневаться: подобный артефакт не обнаружится где-либо не у них и потому не возникнет споров на тему: которая из конфессий владеет подлинным? Схизматики могли быть спокойны за свою монополию.

Однако наиболее значимо, впрочем, не то, что Препуций, наличием у себя коего католическая церковь похвалялась несколько веков, – подделка. Куда важней разуметь о том, как можно из Евангелий видеть, что Христос не был обрезан.

Это – основная тема сей книги.

Нынешние православные не сомневаются, слава Богу, в подложности «дара Константинова». А вот нелепость празднования «обрезания Господня» пока еще далеко не всем, почему-то, представляется очевидной.

Хотя реально есть ВОСЕМЬ – это как минимум – оснований не сомневаться: Христос НЕ был обрезан по закону Моисееву на восьмой день (как и ни на какой другой):

Спаситель Сам засвидетельствовал о необрезании.

Эти Его слова сохранило Евангелие (апокрифическое), записанное Фомой:

«Ученики Его сказали Ему: Обрезание полезно или же нет? Он отвечал им: Если бы оно было полезно, их отец зачал бы их в матери обрезанными. Но истинное обрезание в духе обнаружило полную пользу» (Евангелие от Фомы, стих 58).

Не устаю дивиться смысловой и духовно-энергийной концентрированности Речений. [4] В этом, например, в немногих словах показывается триглав истин:

 Размежевание от иудеев, обрезывающихся. «Они»: другие, не мы (не Мои ученики), чужие. (При жизни Христа евреи, со своей стороны, называли Его «га-ноцри»: чужеземец, инородец. Галилеянин обличал их: “потому не слушаете слово Мое, что вы не от Бога”. Иудеи же отвечали: “потому не слушаем, что ты не принадлежишь к нам по крови”. – Ин 8:47,48.)

 Предельно наглядное показание нелепости обычая у евреев обрезываться.

 Пояснение ученикам, обветшанием (извращением) какого НАСТОЯЩЕГО завета является сей обычай. Истинный завет с Духом есть отсечение ДУШЕВНЫХ крайностей – страстей, – а не обрезание крайней ПЛОТИ.