Незадолго до этого твой духовный отец, заменивший тебе и погибшего настоящего, чувствуя твое состояние, сопереживая ему, желая участвовать и делить твои переживания, успокоил, сказав, что просьба в молитве, обращенной к Богу непременно сбывается, нужно только ждать и верить, добавив, что ты почувствуешь появление этого дара, даже не встретившись с человеком, но только узнав о нем.

– Как я это узнаю?

– Тебе станет легко на сердце и тепло на душе, ты увидишь в нем не столько единомышленника, сколько себя саму, но мужского рода, ибо полови-ночки так и ощущают себя… ощущают, быстро становясь целым. Ты сразу осознаешь, что с его появлением ты почувствовала себя необычайно наполненной, целостной натурой и личностью, а увидев лишь раз, поймешь, что стала не частью чего-то потерянного, как была прежде, а целым, одним существом с ним…

То же почувствовал и я, хоть и не имел такого разговора ни с кем. Можно удивляться скоропостижности происходящего, можно не верить, но так бывает, когда встречаются те, кому нет жизни друг без друга. Они видят это сразу, хотя бы потому, что имеют с чем сравнить жар в груди, полную идентичность, легкость и отсутствие хоть каких-то сомнений и мощь чувства, ранее никогда их не охватывавшего.

Ф.М. Достоевский сказал об этом состоянии: «Однажды в твоей жизни появится новое имя, которое стирает всё предыдущее в пыль». Она, эта пыль, и станет основой того цемента, что послужит фундаментом новому, но мы больше не увидим его, оставшегося в «подземелье» нашего нового мира. Устраивая и обучая, новое, бесценное только для нас строение, где единственным строительным материалом будет смесь любви, уважения, доверия и здоровая страстность нашей взаимной притягательности, где все временное вторично и где не утихает благодарность Создателю и чувства друг к другу…

Великое, происходящее между двумя людьми, всегда сопровождается невероятным для окружающих. Для них же самих все естественно, поскольку по-другому и быть не могло. Что казалось прежде невозможным, нормально для тебя: ты не боишься тени моего прошлого, отказываешься ради меня от ценного для тебя в профессии, станешь с гордостью носить одну фамилию со мной, не скрывая ни перед кем наши отношения. И это лишь внешняя оболочка того, что мы желаем друг для друга сделать…

Этот роман, посвященный тебе, моя любимая Марина, только начало того, что может сделать любящий человек, не обладающий на сегодняшний день никакими другими возможностями. Он явно отодвинет в бесконечность границы возможной жертвенности ради любимого. Я знаю, что ты никогда не остановишься ни перед чем, любые обстоятельства, вдруг появившиеся между нами в виде стены, рухнут от одного желания преодолеть их, а любой человек, только почувствовав силу вечного чувства, выразит желание помочь, чего бы это ему не стоило.

Чувства, подобные нашему, не даруются, не распаляются, не появляются, они всегда сопровождают каждую половинку единого целого с момента разделения, еще до нашего рождения. Томясь в каждом появившемся на свет, именно они толкают нас на поиски, и именно они, при первой же встрече, освобождают от оков уже существующего. Кто-то называет это «любовью с первого взгляда», кто-то сомневается в подобном. Ни к чему убеждать пессимистов, расточая время, которого всегда мало любящим друг друга. Просто верьте – эти два человека перестают существовать для этого мира, живя друг другом в своем. Слава Богу за все!..

«По премудрому устроению Божию, в этом мире одно другому предшествует и одно другим сменяется: бесчестие и честь, бедность и богатство, здоровье и болезнь; пред дарованием богатства Господь часто испытывает крайней скудостью, а богатых лишает всего; пред честью – бесчестьем, а возвышенных честью – унижением, чтобы мы научились ценить дары Божии и не гордились в счастии, зная, что оно – дарование Владыки, не заслуженное нами» (Святой праведный Иоанн Кронштадтский «Моя жизнь во Христе»).

Все началось с невероятной истории, затронувшей мое профессиональное любопытство начинающего журналиста криминальной хроники крупного печатного издания… Один хороший знакомый, служащий в Санкт-Петербургской прокуратуре, имевший непосредственное касательство по долгу службы к этой истории и весьма сочувствующий ее главным героям, был наслышан о некоторых ее подробностях, что только придало ей красок и необычного привкуса. Этот знакомый знакомого, между прочим, имел дружеские сношения с Виктором Дмитриевичем Стражником и Владыкой Маркеллом. Знаком он был и с женщиной, сыгравшей основную роль в этой истории.

Услышанное «зацепило» настолько, что мне, молодому начинающему писателю-максималисту, захотелось написать хотя бы повесть, но дело из-за незнания подробностей и профессиональных нюансов не вышло. Редактор, пообещавший напечатать в своей газете небольшими отрывками мое произведение, ждать уже не мог. Тогда мы договорились о большой статье на целый разворот с интервью и комментариями участвовавших лиц. Последнее оказалось самым сложным, поскольку почему-то распространяться на эту тему особенно никто не хотел, хотя конец этой истории, прозвучавший печальным резонансом, хоть и справедливым, как казалось на тот период, освещался подробно в прессе, и на телевидении в режиме онлайн.

Статья вышла и произвела огромный эмоциональный всплеск, вызвав большой интерес общественности, поскольку содержала не только известные фамилии, жесткие подробности и специфические моменты, о которых многие читатели и подозревать не могли, но и тем, что осветила скрытые реалии, приблизив к жизненной действительности, опровергнув неожиданным образом ошибочно оформившиеся предрассудки о специальностях и людях в них талантливых, неординарных, совершенно живых и без тех характеристик и пороков, которые им принято приписывать.