— Дело молодое, кровь кипит… Понимаю, — лукаво подмигнул Мэтью и засмеялся. — Но только за калиткой! Запомнила?

Влюбчивость Хелен порой сводила меня с ума. Она могла запасть на парня, даже не пообщавшись с ним ни минуты. А однажды по уши втрескалась в тренера фитнес центра, просто мельком увидев его на парковке. Целую неделю страдала, играя в детектива и выискивая по крупицам информацию о нём. Даже купила абонемент в зал на полгода, хотя до этого не была замечена в любви к спорту. Конечно же, своего она добилась, и он влюбился в её красивые глаза и лёгкий характер… Но совсем скоро ей стало скучно слушать про бесконечные сушки, тренировки и расчёт «БЖУ». Её чувств хватило на пару недель… и любовь к спорту, как и к самому тренеру, растаяла, словно кубик льда в бокале.

Да и в Академии, пожалуй, не осталось ни одно симпатичного парня, который не побывал бы в статусе ухажёра Хелен. Она умела легко очаровывать и позволяла преклоняться перед собой, преподнося это как самый щедрый подарок с королевского плеча. Удивительно, но парням это, похоже, нравилось.

Правда любовь её была скоротечна, как майский дождь. С большинством ухажёров даже до невинных поцелуев дело не доходило. Хелен быстро загоралась… но и перегорала так же быстро.

Однако, не смотря на ветреность, дурной славы ей удалось избежать. Репутация прилежной студентки, авторитет родителей и хорошее воспитание сделали своё дело. Да и лишнего в отношениях она никогда не позволяла. И все парни прекрасно знали, что доступ к телу Хелен получит единственный счастливчик, который сможет удержать её интерес больше месяца. Но в Академии таких не водилось.

Я сама любовными похождениями, в отличие от подруги, похвастаться не могла. За всё время на моём счету оказалась всего парочка покорённых сердец. Да и те с подачи Хелен. Видимо груз ответственности за будущее в чужом городе без поддержки родителей и слишком серьёзное отношение к вопросам любви, не позволяли мне расслабиться и получать удовольствие от чудесных студенческих лет. Но, по большому счёту, я просто не видела в своём окружении достойной пары. Эти мальчишки казались мне глупыми и легкомысленными. Я не понимала о чём вообще с ними можно разговаривать! Да к тому же они отвлекали от учёбы.

Ровно в восемь в холле появилась знакомая фигура миссис Фостер. Она приветственно кивнула и жестом пригласила следовать за ней. Путь по знакомым уже коридорам на этот раз показался намного короче.

— Прошу, мисс Грин, вам сюда, — Оливия открыла дверь кабинета. — Мисс Рассел, пойдёмте, я покажу вам ваше рабочее место.

Все годы в Академии я была очень прилежной ученицей, поэтому теорию знала, как свои пять пальцев. И теперь, плюхнувшись в мягкое кресло перед пультом управления и рабочим экраном, почувствовала себя очень взрослой и важной персоной. Растянула улыбку до ушей и легко активировала систему.

А дальше всё как по учебнику: запускаем реестры, выставляем график на день, и сортируем неликвид. Вся работа проходила на отдельном мониторе, стоявшим на рабочем столе. На нем можно было работать с таблицами и графиками, а при необходимости выводить и рассматривать отдельные сны с больших стеновых экранов. Настенные же панели служили лишь для отображения всех снов по секторам. На них была только общая картинка. Но эта картинка восхищала своим размахом.

На экранах замелькали сны, а я принялась за дело, следуя чётким инструкциям из брошюры, выданной куратором. Всё оказалось довольно просто и до ужаса скучно. Хотя скука меня никогда не пугала. Есть в этом что-то стабильное. Всегда знаешь, что будет дальше. Никаких сюрпризов и неожиданностей.

Минут через двадцать в кабинет заглянула миссис Фостер и с искренним удивлением заметила:

— О, Ванесса, уже работаете! Похвально! — она подошла ближе и встала за моим креслом, наблюдая, как я ловко орудую цифрами в огромных таблицах. — Ваша подруга не настолько шустрая. Пришлось ей немного помочь. А вы, смотрю, и без меня справляетесь.

— Да чего здесь сложного! — ответила я. — Всё это мы проходили, ещё на втором курсе. А вот как поврежденные сны отсортировать нам не рассказывали. Здесь же их сотни! Мы обычно на тренажерах не больше двадцати запускали.

— Это тоже просто. Тут главное практика. Потом за минуты будете такое выявлять. — Оливия жестом попросила меня встать с места и уселась за пульт. — Смотрите.

Запрокинула голову и прищурилась, глядя на сектор «Влюбленность».

— В этом секторе все сны обычно светлые, что-то розовое или лиловое. Иногда ярких цветов. Поэтому первый критерий отбора состоит в том, чтобы выявить все блёклые и темные на фоне остальных. Видите?

— Пока нет. — Я попыталась сделать так же как она, но перед глазами мелькала только простыня из сотен маленьких пестрых квадратиков. Как из них выбрать нужный, я не понимала.

— Ничего, скоро научитесь. Можно смотреть секторами. Тогда проще, — она перевела взгляд на рабочий монитор, и отметила несколько нужных ячеек.

Тут же эти сны раскрылись на рабочем мониторе. Теперь уже было чётко видно, что они бракованные.

— О! Ничего себе! Как вы ловко их выловили!

— Это практика и ничего более, — лицо Оливии оставалось таким же серьёзным, как и всегда. — Потом просматриваете каждый такой повреждённый сон, отмечаете битый фрагмент и отправляете в отдел доработки. Вот так, — она снова ловко провела все манипуляции и нажала кнопку «Отправить». — Всё, следующие сны твои. И так в течение дня со всеми секторами. Понятно?