Шрифт:
— Да он ради тебя из кожи, а ты…
— Прочь из универа!..
И Люда, не разбирая дороги и захлёбываясь в слезах, побежала прочь, мимо кричащей толпы тех, кто еще вчера говорил, как рад за нее с Русланом, выпытывал подробности и поздравлял от души…
Шок был сильным. Именно поэтому она плохо понимала, что делает. Почти не помнила, как добралась до общежития, как залезла под одеяло, ее колотил озноб. Мысли путались. Она понятия не имела, как быть дальше и что делать. Но это, как оказалось, было еще не самое страшное.
Придя в себя, Люда вскочила, поспешно оделась. Собиралась ехать к Руслану и все пояснить, но так и не смогла заставить себя это сделать. Слишком сильна была ненависть в его глазах. Потерянная, обессиленная, обескровленная морально, бродила по улицам города, который еще недавно принадлежал им с Русланом, и не верила, что все, что произошло, произошло на самом деле.
Продрогла до костей. Да и прохожие начали коситься с опаской на пошатывающуюся от усталости девушку с заплаканными глазами. Вернулась в общежитие, надеясь, что сможет прийти в себя и созреть для разговора с любимым… но не тут-то было.
Ее встретила груда вещей на полу. Девушка недоуменно уставилась на Зою и Юлию, которые даже не повернули головы при ее появлении. Она не сразу поняла, что это ее вещи.
— Что… зачем… что вы сделали?
Юля поправила тканевую маску на лице и презрительно хмыкнула.
— А чего ты ожидала? Что мы и дальше захотим делить комнату с шаболдой?
Зоя с плохо скрываемым торжеством откинулась на подушку.
— И это в твоих интересах, сучка. Потому что я придушу тебя ночью за то, что ты сделала с Русланом. Кто знает, что бы он сделал с собой, если бы меня не оказалось рядом. Ты тварь неблагодарная. Он ради тебя на все готов был!
— Значит так, Людэсса, — подхватила Юля, — идешь к комендантше и просишь другую комнату. Хотя… после того, что ты сделала, тебе никто руки не подаст. Лучше ищи другое жилье. А то и универ…
— Вы сговорились, — дрожащим голосом проговорила Люда. — Это вы все подстроили. Ты их пригласила, ты и подговорила…
— Ой, а что ты докажешь? Твои фотки, где ты млеешь под руками Вадика, уже ушли в «вайбер» группы, и по потоку разлетелись. Никто тебе не поверит. И советую не вякать. Ты же не хочешь, чтобы мы тебя вытолкали в ночь?
— Когда-то вы за это ответите, — Люда, не разуваясь, пошла к шкафу и достала дорожную сумку. — Рус меня простит. Все вскроется. А я не останусь здесь с вами больше ни минуты!
— Ну и вали к своей маме на село! — захохотала Зоя. — Он теперь мой! Это я его утешала, когда он рыдал у меня на плече! Я провела с ним ночь! А ты, Полякова, отчаливай!
— Ты ему не нужна! — задыхаясь от обиды, прокричала Люда, пакуя вещи в чемодан.
Ее телефон завибрировал. В надежде, что это Руслан, девушка открыла сообщение…
На фото была запечатлена Зоя, держащая камеру на вытянутой руке… и Руслан, мирно спящий на ее груди. Оба голые.
— Ну что, Люда? Если решила к нему в ноги, помни, что его постель хранит отпечаток моего тела. И завтра я приду снова, и выкину тебя оттуда. Надеюсь, ты платье еще не купила? Оставь деньги себе на бухло, заливать упущенный шанс!
Люда застегнула чемодан и вышла прочь. Не поняла даже, что забыла свои игрушки, постельное, предметы гигиены в ванной. Сумка была тяжелой. И когда мимо прошёл Виктор, она обратилась к нему с просьбой помочь.
Но парень прошёл мимо, не удостоив ее взглядом.
И тогда Люда осознала, что беда не приходит одна.
Она не только потеряла любимого человека.
За день она стала персоной нон грата среди студентов.
Глава 5
В кружке стыл травяной чай. Время уже приближалось к полуночи, а в доме Люды никто не спал. Гришка, обрадовавшись отсутствию надзора, играл в «линейку», муж Анфисы задерживался в пабе с приятелями, к крайнему неудовольствию последней. Старшая сестра грызла крекер и даже не старалась изобразить радость от приезда младшей.
Люда и сама не помнила, как приехала на вокзал, взяла билет на электричку. Два часа поездки, три километра с тяжёлой сумкой от станции — и вот она дома. Упала в объятия матери и разрыдалась, сбивчиво рассказав все, без утайки. Вот сейчас ей в который раз пришлось повторить свою историю.
— А в чем одета была? И что, обязательно пить? Сама виновата! — с особым удовольствием припечатала Анфиса. Жалеть сестру она не собиралась. — Сбежала? Да у меня, если б так парня уводили, я б побрила эту идиотку на лысо, еще бы и в лоб дала. А ты немощь. Не могла послать? Эта комната тоже твоя, как и их.