Воспользовавшись этим, к ней подсел Рале. В последнее время он стал тихим, и многие считали, что это от нерешительности или от скуки. Они так и не привыкли к нему, так и не изучили! Но Лукия прекрасно знала, что он умен… Возможно, умнее всех, кто летал на «Северной короне». Пока он молчит, он анализирует ситуацию, а раз он здесь, ему есть, что сказать.

— Что думаешь? — коротко спросила Лукия. — А думаешь ты на этот раз долго!

— Тем для размышлений хватало. От нашей новенькой до здешних красот.

Со стороны казалось, что Рале всегда доволен — и его ничто в этом мире не волнует. Он улыбался, он всем был другом, и это его умение производить ложное впечатление было бы опасно, если бы природа очернила его душу врожденной подлостью. Однако этого Лукия в нем никогда не замечала.

— Ты и Альду изучал?

— Почему нет? Телепат — важнейший игрок в команде. Ну, или один из важнейших. Я не поддерживаю стремление Стерлинга поменять ее на кого-то другого только потому, что она молода. Но я хочу знать, с кем мы имеем дело.

— И что же ты думаешь?

— Удивительные врожденные способности, тут академия в кои-то веки не соврала, — усмехнулся Рале. — Но юность берет свое. Если мы с тобой готовы повозиться с ней, как мамочка и папочка, из нее выйдет отменный воин. А если нет, нужно сливать ее сейчас и не тратить силы. Но лучше не сливать. У нее есть дополнительные плюсы.

— Ты про телекинез?

— Я про ее благотворное влияние на Кигана. Из безответственного раздолбая он превращается в ответственного раздолбая. Плюс, не так ли?

Лукия почувствовала, что ей хочется улыбнуться. Это было очень странное желание, но она решила не придавать ему значения. Показалось, должно быть!

— Хорошо, с Альдой мы разобрались. Теперь скажи мне, что ты думаешь про колонию.

— Да нет никакой колонии, — покачал головой Рале. — Не в том смысле, в котором это нужно нашим боссам. Ни в этих людях, ни в этой планете нет ничего полезного.

— Понятно, когда такие вещи говорю я, но ты… разве тебе не полагается быть более эмоциональным?

— А смысл? Тебе нужны не мои слезы, а факты, которые ты используешь в отчете. К тому же, тут есть кое-что очень подозрительное… Посмотри на них!

Лукия перевела взгляд на поселенцев, которые собрались за столами и периодически поглядывали на гостей, стараясь не быть при этом слишком наглыми.

— Что именно я должна увидеть?

— Многие из них очень похожи, как братья и сестры, — пояснил Рале. — Во втором поколении это выражено меньше, в третьем — больше. Понятно, что население слишком малочисленно, и рано или поздно речь должна зайти об инцесте. Но третье поколение — это, скорее, рано, слишком рано.

— Да, ты прав. Как ты думаешь…

Договорить она не успела, ее прервал громкий звуковой сигнал, доносившийся откуда-то со стороны джунглей. Судя по тому, как переполошились поселенцы, это было именно то, о чем и подумала Лукия: тревога.

Праздник был окончен в один миг. Люди спешили укрыться в своих домах, охранники готовились к обороне. Лукия не собиралась уводить команду, напротив, ей были важны опасности этой планеты.

Но на сей раз нападения не было. В поселение на большой скорости въехала машина патрульных и резко затормозила перед главным кораблем. Из нее поспешно вынесли окровавленного, едва живого мужчину, в котором Лукия не сразу узнала Блейна.

Он был очень плох, кто угодно понял бы это. Весь в крови, еле дышит, правая рука сильно опухла и не сгибается, потерял сознание. Остальное не позволяла разглядеть темнота, но Лукии и этого было достаточно.

— Спроси у них, что с ним, — велела она Альде.

— Не нужно, мне проще прочитать его мысли.

— Так прочитай, пока они у него еще есть.

Она видела, что Блейн умирает. Вероятнее всего, винить за это нужно было какой-то яд, потому что серьезных ран Лукия не видела.

Альда подтвердила ее догадки:

— На него напал местный зверь, нечто вроде огромного паука, укусил за руку. Блейн получил большую дозу яда, насколько я поняла, здесь это считается гарантированно смертельным. У местных нет ни противоядия, ни более-менее полезного лекарства, они знают, что он умрет до рассвета.

— Но если они знают, что он умрет, зачем привезли его сюда?

— Из-за нас.

Больше она ничего не сказала, однако это и так было понятно. Поселенцы знали, что не смогут помочь ему, — зато не знали всех возможностей своих гостей. В некотором смысле, они были правы: Блейну можно было помочь.