– Я собираюсь найти себя, Пол. Знаю, для тебя это звучит как легкомысленная чушь, но я серьезно. Мне тридцать пять, а я, черт возьми, не знаю, что делать со своей жизнью.

– Ты не найдешь себя, если будешь срываться и уходить каждый раз, когда сталкиваешься с обязательствами.

– Господи, ты говоришь как папа.

– А ты говоришь так, будто бежишь от чего-то, а не пытаешься что-то найти.

Дэнни снова пожал плечами и взял свой бокал:

– Может быть, иногда это одно и то же, старший братец.

Он отхлебнул пива.

– И как долго тебя не будет? – спросил Пол.

– Не знаю. По крайней мере несколько месяцев. Может быть, год…

– Год?

– Никто не срывается и не едет на Аляску на выходные, Пол. Кроме того, я действительно хочу погрузиться во все это, глубоко погрузиться, понимаешь? Заняться настоящим самоанализом.

Дэнни был прав – звучали его слова как легкомысленная чушь. Но этого Пол не стал говорить брату, а только спросил:

– Отговорить тебя я не смогу?

– Билет на самолет уже куплен. Улетаю во вторник.

Пол вздохнул. Дэнни ему ухмыльнулся, и Пол хотел ответить тем же, но внутри него шевельнулась едва различимая боль.

– Те края не похожи на Санта-Каталину, знаешь ли, – произнес он.

– Да ладно тебе, Пол. Можешь хоть раз меня поддержать?

«Тебе придется присматривать за ним, когда нас не станет», – раздался в ушах Пола шепот отца.

– Ладно, – сказал он. – Я тебя поддерживаю. Надеюсь, все будет замечательно. Надеюсь, ты познакомишься с эскимоской, купишь иглу и остепенишься.

– О боже…

– Серьезно. Надеюсь, ты найдешь там то, что ищешь.

Пол подумал, что улыбка у Дэнни намного красивее, чем у него.

– Спасибо, братан, – сказал Дэнни.

– Просто пообещай, что будешь поддерживать связь, – попросил он.

Спустя столько лет они наконец-то наладили отношения, и Пол не готов был отказаться от этого. Кроме того, призрачный шепот отца уже заставил его почувствовать свою вину. Дэнни поднял три пальца, хотя, в отличие от брата, никогда не был бойскаутом.

– Клянусь, – сказал он. – Буду посылать тебе открытки каждую неделю.

И он действительно сдержал слово. Кроме того, звонил при случае и присылал СМС со своими фото из разных точек «Последнего Рубежа Америки» [5] .

Был момент, когда Пол даже думал, что ошибся и для Дэнни все складывается не так уж и плохо. Что младший брат, возможно, прав. Что там он сумеет «найти себя». Но летом звонки прекратились. СМС тоже. Открытки больше не появлялись в почтовом ящике. Поначалу Пол не придавал этому значения. В конце концов, это было в духе Дэнни Галло, верно? Но после нескольких недель без единой весточки от брата – недель, полных выматывающей бессонницы, – Пол начал сомневаться, что это очередное чудачество Дэнни. Он понял: что-то не так, как-то это странно. Что-то сошло со своей орбиты. Пол несколько раз звонил на мобильный Дэнни, но каждый раз попадал на голосовую почту. Через некоторое время сотовый окончательно отключился.

Пол связался с оператором сотовой связи, выдавая себя за своего брата. Ему сообщили, что обслуживание номера прекращено, поскольку он несколько месяцев не оплачивал счет.

– Если вы хотите разработать план платежей, мистер Галло, могу заверить вас, что долги не будут накаплива…

Пол повесил трубку.

Через некоторое время Лютер Парнелл свел его с детективом по имени Ричард Риджли из отдела убийств полиции Балтимора, и тот достал последние выписки по кредитке Дэнни. Оказалось, что кроме неоплаченного счета за телефон у брата не был погашен остаток по кредитной карте. Последнюю покупку Дэнни сделал на заправке, чуть южнее поворота к старому шахтерскому городку со зловещим названием Дредс Хэнд [6] . Это произошло в тот же день, когда Пол получил от брата одно из двух последних сообщений: «Въехал в Дредс Хэнд. Полная жуть!»

По совету Риджа Пол связался со следователем по имени Джилл Райерсон из отдела тяжких преступлений АБР. Она помогла ему заполнить заявление о пропавшем без вести. Ей же удалось обнаружить на обочине грунтовой дороги где-то на окраине Дредс Хэнда арендованную машину Дэнни. Шины были спущены. Райерсон сказала, что все выглядело так, будто машиной давно не пользовались. Пол спросил, были ли обнаружены какие-нибудь следы борьбы в автомобиле или вокруг него, и следователь заверила, что ничего подобного не было.

– Так к чему это нас приводит? – спросил он.

– Боюсь, у меня нет ответа, который вас устроил бы, мистер Галло, – ответила она.

После этого Пол Галло сделал единственное, что ему оставалось, – он стал ждать. И ждал. И ждал. Однажды Пол почувствовал, что у него внутри словно что-то оцепенело и умерло, как будто какой-то крошечный орган в животе ссохся и затвердел. И тут было не просто отчаяние, нет. Пол почти физически ощущал это.

«Ты все еще видишь тех мальчишек?» – спрашивал он себя. Ведь их образ угасал, тени сгущались, словно в темной комнате, где перегорела лампочка. «Можешь ли ты их разглядеть? Можешь ли увидеть?» Единственное, что никогда не исчезало и не отпускало, это слова его отца, которые все эти годы не менялись, но теперь звучали тише, с гнетущим сожалением и разочарованием: «Тебе придется позаботиться о нем, когда нас не станет, Пол».